Дух Древнего

Даже на Олимпе не каждый чертог мог похвастаться такой роскошью, а здесь простые смертные день ото дня топчут это великолепие, даже не поднимая глаз.

Может, в этом и есть главное отличие нового мира от старого? Раньше красота предназначалась только для богов и героев, а теперь она доступна всем. Хотя, я покосился на сумку с артефактами, кое-что всё равно остаётся только для избранных.

Последние три года я создавал разные вещицы. План свалить от «папаши» зрел в моей голове с первого дня после призыва. Но с пустыми руками и карманами начинать новую жизнь не хотелось.

Придержал сумку на очередной остановке, когда люди хлынули к выходу. Внутри что-то звякнуло.

Вот же, никакого уважения к чужому личному пространству. В пору заклинанием вещи защищать, но нет. Только начал восстанавливаться, а силы скоро понадобятся. Хотя, если, только сумку…

«Станция — Академическая», — раздался женский голос из динамиков. Оп, задумался, чуть не пропустил.

Кинул простейший щит земли на сумку, и мы с Тихоном влились в толпу. Как же хорошо, что люди не чуют мою магию.

Нас вынесло из вагона. Протянуло по станции. За спиной остались картины на мраморных стенах. Служащие у турникетов проводили нас взглядами. Эскалатор поднял нас к выходу, и свежий воздух опьянил цветочным ароматом.

— Нам туда, — Тихон махнул рукой в сторону широкого проспекта, где за кованым забором виднелись кроны раскидистых деревьев и возносились острые шпили здания в невиданном мной архитектурном стиле.

Сверкали позолотой купола. Словно маяки, они указывали путь. По стенам, издалека напоминая извивы лабиринтов с монстрами, тянулись сложные барельефы. Выступали белоснежные колонны и полуколонны. Играли бликами солнечных лучей арочные и прямоугольные окна.

— Красота какая, — протянул я, не в силах отвести взгляд.

— Это ампир, дружище, классицизм, — гордо подбоченился Тихон, словно сам построил это великолепие, — Эклектика.

— Ни черта не понятно, — помотал я головой, — но звучит интересно.

Мимо нас промчалась стайка девушек. Их лёгкие, летние платья, пестря всеми оттенками радуги, разлетались у подола. Очерчивали тонкие фигурки.

Следом за девушками, держа чинную дистанцию, прошагала группа юношей в костюмах. Они то и дело поправляли строгие галстуки. Проверяли застёгнуты ли пуговицы на жилетах. Подставляли под лучи солнца золотые и серебряные запонки.

Девушки оглядывались на них. Весело смеялись. А юноши наоборот, приосанивались и делали вид, что не замечают их.