Не дразни дракона

Видение тем временем схлынуло, перед глазами снова был храм, залитый солнечным светом. Мой смех разносился по залу, поднимался к куполу, а камень на постаменте мерцал так, словно смеялся вместе со мной.

Потребовалось время, чтобы успокоиться. Зато я уловила намёк и, подхватив бриллиант, поднесла его ко лбу. Приложила, прикрыла глаза, и мир моментально изменился. Чёткие линии исчезли, я словно упала в густой туман.

В этом тумане я по-прежнему стояла в центре зала, но вместо колонн вокруг простиралось необозримое пространство. Целый мир — и Драконьи горы, и степи орков, и бескрайние эльфийские леса…

Сфокусировавшись, я могла разглядеть любое из мест. Вычурный ажурный замок Премудрейшего Эльданаила, священные потайные озёра, в которых обитали самые настоящие русалки, спрятанное в глубинах предгорий логово кобальтов, в котором билось огромное чёрное сердце с кожистыми стенками… Я могла рассмотреть утёсы грифонов, болота, населённые гидрами, далёкий малый материк — всё-всё.

А ещё родной дворец… И отца с матерью, стоящих на балконе и ведущих напряжённую беседу при свете звёзд. И брата, который сидел в кресле в нескольких шагах от них, не принимая участия в разговоре.

Сердце при виде родных тоскливо сжалось, но времени впадать в уныние не было. Новый глубокий вдох, и я «покинула» Вектарию, чтобы сосредоточиться на пелене, которая напоминала купол и накрывала весь наш мир.

Полог был и далеко — за бескрайними морями, и совсем близко. И в шаге от меня, и там, где небо сходится с землёй. Странное ощущение, сюрреалистичное, но по-настоящему озадачило другое — это была не прочная ткань, а нечто, что вот-вот превратится в изодранные лохмотья. Наряд нищенки. Почти прах.

Повинуясь какому-то внутреннему чутью, я мысленно потянулась к камню, взывая к его силе, и меня захлестнула волна света. Что там пра говорила про концентрацию? Это не концентрация, а попытка удержать неистовый, превосходящий все мои возможности поток!

Я ахнула и пошатнулась, но тут же сцепила зубы, направляя поток в сторону полога — той его части, которая виделась рядом и выглядела совсем уж плачевно.

Свет подчинился не сразу, только после моего грозного рыка. Он ударил ровно в то место, на которое и направляла. Ткань начала восстанавливаться. Питаться и преображаться — словно само время повернулось вспять.

Было тление и нет. Были рваные полосы разрезов и исчезли. Я держала поток, смотрела и глазам не верила… Но полог уплотнялся! Сила растекалась водой, преображая всё вокруг.