Не дразни дракона

— Дарнаэш, я требую вернуть мне рукопись, и…

А договорить не смогла. Гадкий ящер притянул вплотную и, раньше чем опомнилась, накрыл губы поцелуем. Тепло его губ заставило сердце споткнуться, вызывая нестерпимое желание броситься в омут. Забыть обо всём, признать, что Владыка сильнее и позволить ему взять верх.

На несколько бесконечных секунд я позволила себе стать слабой. Размякла в его руках, подхваченная водоворотом и овеянная жаром. Было настолько хорошо, что колени подогнулись, а желание сдаться обрело острую, почти болезненную форму.

Чтобы хоть как-то справиться с этим безумием, я перестала поддаваться и… ответила на поцелуй.

Пусть неумело — ведь чему, а поцелуям юных леди не учат, — но я ринулась в атаку. Дразнила его язык, который нарушал все разумные границы, сминала мужские губы и прижималась так, словно мы не в парке, а в спальне, и это далеко не первая наша ночь.

Сначала Дарн, кажется, удивился, а чуть позже застонал, словно сражаясь с желанием упасть в тот же омут. Он тоже начал терять контроль, а я, вопреки всему, не испугалась. К моей такой неуместной жажде добавилось ликование, и в какой-то миг я всё же смогла отстраниться, чтобы выдохнуть:

— Нет.

Дракон застыл. Он по-прежнему держал меня в объятиях, но дышал при этом тяжело, а синие глаза потемнели, став похожими на ночное небо.

И меня, судя по всему, не поняли. Возможно даже не услышали.

— Нет, — повторила хрипло.

Сказала, и… с одной стороны я собою сейчас гордилась, а с другой…

Как же не хотелось отступать! Как хотелось продолжить это неприемлемое, вопиющее общение! У-у-у, совсем эти драконы мне мозг задурили! Уже сама не знаю, как себя вести!

— Что нет? — столь же хрипло прошептал Дарнаэш.

— Всё нет. — Ну а что ещё тут скажешь?

Впрочем, моя выдержка всё-таки дала сбой, и я сама не заметила, как пошла на попятную. То есть предложила вариант, при котором могу ответить «да»:

— Пока не отменишь вашу дурацкую традицию, не признаешь противоправность действий своих подданных и не выплатишь компенсацию Вектарии, никаких поцелуев. Извиниться перед похищенными девушками тоже будет не лишним. Они не давали согласия себя воровать.

Миг, и страсть в потемневшем взгляде Владыки сменилась раздражением.

— Что ещё тебе нужно? — процедил ящер.

— Три ларца, — сама не поняла зачем это сказала. Хотя нет, знаю. Я столько раз слышала про ларцы, что уже мысленно сроднилась с ними. — А ещё… раз уж ты меня не отпускаешь, я хочу иметь право посещать родителей в любое удобное для меня время.