Избранная для северного дракона

Отсюда вывод: то ли мой спутник знает нечто, чего не знаю я, то ли мы совершаем огромную ошибку, оставаясь в повозке.

— Расскажи, куда мы направляемся! — прошу, в очередной раз диссонируя скрипучим голосом.

— На ярмарку в Межземелье.

— Разве нам не надо скрываться?

— От кого?

— Ну… От погони?

— Ты видишь погоню?

— Нет, но почему мы едем по дороге, вместо того, чтобы прятаться в лесу?

— Местный лес нам не нужен. Наша цель — добраться до Севера. Мы едем по самому короткому пути.

— Но… Разве за нами не отправят погоню?

— Даже если отправят, они будут искать красивую девушку и мужчину дальневосточной внешности. Причем тут мы?

— А вдруг с ними будут маги, умеющие…

Договорить не успеваю, потому что нашу повозку накрывает тень. Подняв глаза, в ужасе зажимаю рот, чтобы не заорать. Над нами летит дракон. Я видела этот силуэт во дворце в ночь нападения виедов, но тогда он не казался таким огромным и страшным.

Кейрон…

— Йемрен, гони! — тереблю его за плащ. — Нас догнал Кейрон!

Вместо того, чтобы припустить коней, мой возница сохраняет тот же темп, потихоньку нагоняя обоз. Да что с ним такое? Нас либо схватят когтистые лапы, либо сожрут, либо спалят, причем отнюдь не в переносном смысле!

— Вижу, — лениво отзывается принц. — Брат сегодня припозднился.

— Куда припозднился? — в груди громыхает отчаяние. — Я ничего не понимаю…

Внезапно Йемрен поворачивается ко мне и накрывает сморщенную, вспотевшую ладошку своей тяжелой пятерней. Ловит мой взгляд и обещает:

— Все идет по плану, ирэя. Кейрон патрулирует драконий переход. Его задача — уберечь торговый обоз от виедов. Он сопроводит нас до границ Межземелья и вернется во дворец.

Чувствую, как его спокойствие и уверенность потихоньку просачиваются мне под кожу через прикосновение и взгляд. Даже сердце начинает стучать тише, и дыхание выравнивается. А еще меня переполняет благодарность за ответы. Вроде мелочь, а теперь я уверена, что ему не безразлична.

— Вот и умница, — принц, будто почуяв, что я успокоилась, легонько сжимает мою ладонь и перед тем, как отвернуться, добавляет: — Самое время снова стать немой."

"Мы уже вплотную подъехали к последней повозке обоза, с которой за нами наблюдает та же женщина лет сорока, что и на заставе. Она одета в холщовое, длинное платье темно-коричневого цвета, а на голове у нее — красный платок, полностью скрывающий волосы. Лицо самое обычное, только глаза вечно прищурены, словно камера папарацци, нацеленная на поиск сенсации.