Моя драгоценность

В нос ударил запах свежего леса и нагретой кожи, и у маркизы даже голова слегка закружилась, а внутри что-то сладко сжалось.

– Ну что ты, Рысенька, – ласково произнёс Лис, и от того, как он назвал её, по телу Левидии разлилась слабость. – Для тебя это так сложно? Или не нравится? – задал он провокационный вопрос.

– У меня ощущение, что я обманываю Эли, – глухо ответила Леви, не поднимая голвы. – Я не могу так!..

В следующий момент Лис выпрямился, прислонился к стволу дерева, придержав ойкнувшую маркизу, потом пристально посмотрел ей в глаза.

– Не обманываешь, поверь, – твёрдо произнёс он и выгнул светлую бровь. – Ну?

– Что ну? – буркнула Леви, насупившись. Она опять не понимала его странных слов и окончательно запуталась.

– Будешь целовать, или тебе неинтересно, что за артефакт у Аринтии? – с ухмылкой сказал Вейн с ну очень довольной физиономией.

Левидия отвернулась, оставив попытки выбраться из его рук, и затихла.

– Не буду, – почти шёпотом ответила она и добавила. – Я не могу…

Что бы там Лис ни говорил, а обманывать Эли Левидия не хотела. Пусть сердце и замирало, и отчаянно хотелось снова почувствовать его губы на своих, получить поцелуй со вкусом яблока… Маркиза зажмурилась, в горле запершило, а грудь болезненно сдавило. Она не перейдёт дорогу сестрёнке, нет. Лис резко выдохнул и стиснул её в объятиях так, что Левидия протестующе пискнула."

"– Помнишь ту историю, что я рассказывал? – отрывисто произнёс барон, и Рысь кивнула. – Аринтия из семьи дракона, который украл прабабку. И знает про амулет, а этот амулет, точнее его половинка, может определить, где находится творение моей прабабки. Теперь понятно, зачем мне Аринтия, и зачем я этой Тигрице? Только она думает, что я ничего не знаю.

Барон высказал всё это и замолчал, и Леви всем существом ощущала его глухое раздражение. На её поведение?.. Но он же должен понимать, что она не пойдёт против Элетты и её чувств! «Даже если сам Вейн равнодушен к ней?» – коварно спросил внутренний голос. Леви нахмурилась. Тогда почему ему так не понравился флирт Эли и Сигера?

– Пойдём к остальным, – отозвалась маркиза, с грустью отметив, что волшебство момента растаяло.

Теперь близкое присутствие Лиса тяготило, хотя волнение никуда не ушло, и желание оставаться в его объятиях тоже. Мысли то и дело возвращались к Элетте, и стремительно росло чувство вины перед сестрой. «Лиса буду держать на расстоянии, а Эли ничего не скажу, не буду расстраивать», – решила Леви.