Моя драгоценность

Мысль о том, что Эона сейчас в полной власти Экара, заставляла сердце болезненно сжиматься, из горла рвался глухой рык. Маркиз не заметил, как вышел из дома и направился бродить по улицам Ахарры, пытаясь отвлечься хоть немного, загнать тревогу поглубже. Ноги сами принесли обратно к особняку барона де Гиларо, и прежде, чем Уин успел понять, что и зачем делает, его рука уже взялась за дверной молоточек. А через несколько минут дверь открылась, и молодой лорд Рубин снова переступил порог дома.

– Кто пришёл, Тина? – из гостиной вышла баронесса Нарина, мать Эоны.

При виде гостя тонкие брови поднялись, но удивления на лице женщины Уинхилд не заметил.

– Добрый вечер, миледи, простите, что поздно… – начал было он, но хозяйка дома прервала его.

– Вы очень кстати, Уинхилд, – она улыбнулась. – Я заходила днём к вашему отцу, но вас, по всей видимости, не было дома. Мне бы хотелось поговорить с вами, – леди стала серьёзной, в глубине фиалковых глаз мелькнуло странное выражение. – Об Эоне.

Маркиз напрягся было, мелькнула суматошная мысль, что его девочка всё же поделилась с матерью подробностями своего отсутствия, но баронесса, не сводя с него взгляда, молча вытянула ладонь, на которой лежало то самое колько с крупным рубином, которое он подарил Эни.

– Пройдёмте, – негромко предложила леди де Гиларо и сделала приглашающий жест рукой. – Мужа пока нет дома, и вернётся он поздно. Боюсь, он немного не так видит всю ситуацию.

Уин без слов зашёл за женщиной в комнату, устроился на кресле. Нарина заняла второе и откинулась на спинку, задумчиво прищурившись."

"– Уин, это вы украли Эону со свадьбы? – прямо спросила она, и по лёгкой улыбке, коснувшейся её губ, маркиз понял, леди ничуть не огорчена таким поворотом событий. – И с вами она провела эти недели?

Длинные тонкие пальцы катали по ладони его кольцо, и Уинхилд не мог оторвать взгляда от украшения. Почему Эона оставила его дома? Почему согласилась уйти с Экаром? Или не согласилась?..

– Что произошло, миледи? – негромко спросил он. – Как Эни оказалась за городом с графом де Мерисом?

Баронесса длинно вздохнула, прикрыв глаза, и начала рассказывать.

Услышав вопрос Экара, Эона моргнула, внутри поселилось странное ощущение. Драконица рычала и ворочалась, от неё приходили волны злости и отчаяния, и доносились обрывочные мысли. Что-то про артефакт, приворот… Леди Аметист понимала плохо, она не могла оторваться от глаз Экара, утопая в их глубине.