Дорога на две улицы

И потом, ведь так – так, как у них, – не было ни у кого и никогда!

А он облегченно вздохнул – не нужно принимать никаких решений. Вот просто никаких!

Не нужно ломать свою жизнь и жизнь жены. Не нужно оставлять «си`ротами» своих детей.

Еще не нужно разменивать квартиру, дачу и делить машину! Господи! Какое облегчение! Гора с плеч!

А ведь совсем, кстати, недавно ему казалось, что он на такое способен! Способен на все. Ну или на многое. Ради любви, разумеется.

А что это была любовь, он не сомневался. Совсем недавно не сомневался.

И вот как оно бывает! Как там в песне? Вот она была – и нету… Действительно, хм… Была – и нету.

Да и слава богу! Ведь тут без потерь не обошлось бы!

Жена его оказалась – даже сам, честно говоря, не ожидал – умницей. Большой умницей. Ни словом, ни жестом. Пережидала, усмехнулся он.

И – надо же – переждала! Кто бы мог подумать.

Правду говорят: жизнь прожить – не поле перейти. Столько нюансов, столько…

Как-то Ольга спросила Машку:

– Ну, как твой возлюбленный?

Та, выуживая из пачки печенье, словно мимоходом уточнила:

– А что, есть разница?

– А то! – живо откликнулась Машка. – Еще какая! Неужто не понимаешь! Или прикидываешься?

Точное время расставания не определяли – мужества не хватало. Хотя оба понимали – вот эта встреча, скорее всего, предпоследняя. Ну или – предпредпоследняя. Так будет точнее.

Насмешка судьбы – в эту «предпредпоследнюю» Машка забеременела.

Расслабились, так сказать. Отпустили ситуацию. Потеряли бдительность.

Не виделись почти месяц – на свидании в Парке культуры (искать явочные квартиры обоим не хотелось) Машка довольно спокойно, в рабочем, так сказать, режиме, сообщила ему эту новость.

Он остановился как вкопанный и даже открыл рот.

Почувствовал, как липким потом покрылись ладони. Откашлялся – словно подавился – и тоненько, словно подросток, выкрикнул:

– И чего же ты хочешь? Чтобы я ушел из семьи?

Она подняла на него удивленные глаза и минуты две, словно видя его впервые, внимательно рассматривала.

А потом, легко вздохнув и посмотрев по сторонам, словно что-то потеряла, спокойно ответила:

– Что ты! Ни в коем случае! Как ты вообще мог об этом подумать?

И, словно сильно удивившись и даже его осуждая, медленно покачала головой.

Он нервно посмотрел на часы:

– Извини, важная встреча! Нужно спешить! – и залился краской.

Она важно кивнула и, словно проявляя заботу, поправила ворот его рубашки.

– Иди! – серьезно напутствовала она.