Хорошая девочка должна умереть

Пиппа принялась просматривать письма, читая те же сообщения, что показывала ей Дебора, только со стороны Энди. Ничего нового. Никаких объяснений. Никаких подсказок. Всего восемь писем с одной и той же темой: «Привет».

Наверняка должно быть что-то еще. Непременно. Энди обязана ей помочь. Именно поэтому все к ней и вернулось, совершив полный круг."

"Пиппа перешла из почтового ящика в аккаунт социальной сети. Пустая страница. Заглянула в «Спам», и экран заполнился электронными письмами. Все — от одного отправителя: «Советы по самообороне».

Энди, должно быть, подписалась на рассылку и получала электронные письма раз в неделю спустя много лет после своей гибели. Зачем ей вообще понадобились уроки самообороны? Неужели она думала, будто ей грозит опасность? Предчувствовала, что не доживет до восемнадцати нет? Испытывала то самое неизбежное чувство, которое живет внутри Пиппы?

Она проверила остальные вкладки. В корзине оказалось пусто, никаких удаленных писем. Черт! Ну же, Энди, давай! Должно быть что-то еще.

Обязательно должна найтись зацепка.

Случайно на глаза попалась цифра в боковой панели: рядом с папкой «Черновики» висела крохотная единичка. Бледная, почти незаметная, словно пытавшаяся спрятаться.

Неотправленный черновик. Что это — незаконченное письмо для ДХ? Или там вовсе пусто? Пиппа открыла папку с черновиками и увидела искомое. Одно неотправленное письмо, причем не пустое. Судя по дате, оно было сохранено двадцать первого февраля двенадцатого года. В теме значилось: «От анонима».

У Пиппы сдавило грудь и перехватило дыхание. Она вытерла невидимую кровь с одной руки и открыла письмо."

"Для всех, кого это касается.

Я знаю, кто такой Убийца КЛ.

Никогда не говорила этого вслух, никому, даже себе. Это знание сидело лишь в моей голове; со временем оно разрасталось, занимая все больше места, пока не вытеснило прочие мысли. И хотя даже писать об этом трудно, все-таки так становится немного легче.

Однако я все равно одна.

Совсем одна.

Я знаю, кто такой Убийца КЛ.

Или Душитель из Слау.

Как бы его ни называли, я знаю, кто он такой.

Хорошо бы и впрямь отправить это письмо. Отослать анонимку в полицию, указать его настоящее имя… правда, я даже не знаю, есть ли у полиции электронная почта. Позвонить я все равно не смогу. Не смогу выдавить ни слова. Мне очень страшно. Каждую секунду, и днем, и ночью. Уже не могу притворяться; это невозможно, когда он в доме, разговаривает с нами как ни в чем не бывало и сидит за обеденным столом.