Дочь предателя. Баллада Пепла и Льда

Он тщательно изучал лезвие и все сочленения стика, пока я хмуро переплетала косу, успевшую растрепаться. Адреналин боя еще не выветрился, каждая мышца в теле была напряжена, по венам бежал ток, и мне казалось, что я и командира смогу уложить одной левой.

— Что на тебя нашло, Дейрон? — сурово спросил Эйсхард, не глядя на меня. — Я плохо тебя обучил? Ты почти выиграла поединок, а потом просто сдалась. Что случилось?

— Сдалась? — Я задохнулась от возмущения. — Я… Я бы победила, если бы не паук!

Лед быстро взглянул на меня.

— Какой паук?

Я дернула плечом, стыдясь признаться в том, что испугалась какого-то крошечного паучка. Да ладно, кого я обманываю, он был вовсе не крошечный, а огромный и страшный, и точно ядовитый.

— Я почти победила, когда увидела на руке паука. Почему перед поединками не проверяют потолки? А если в следующий раз он за шиворот кому-то свалится? От неожиданности я растерялась на миг. Больше такого не повторится.

Эйсхард перестал осматривать Ласточку, теперь он изучающе уставился на меня.

— Все бы хорошо, Дейрон, — произнес он, — но в подвалах рядом с тварями не выживают ни пауки, ни сороконожки, ни мокрицы: не выносят запаха бестий.

— Что?..

Вот это новость! У меня снова галлюцинации? Такими темпами я и Академию не успею окончить — слечу с катушек раньше времени.

— Соберись, Дейрон! — рявкнул Лед, увидев, что я сдуваюсь, как воздушный шарик. — Мы позже поговорим о… твоих видениях. А сейчас тебе надо поднапрячься и продержаться против меня хотя бы минуты две. Я не должен тебя предупреждать, но…

Он прокрутил в руках Ласточку, за несколько секунд продемонстрировав техники атаки: «жало», «коготь», «змей» и «клещи», и после этого сложил стик и протянул мне безопасной стороной.

— Проще простого, — фыркнула я, раззадориваясь. — И что, никаких сюрпризов? Не уверены во мне, командир?

Краешек его рта дрогнул в улыбке, но Лед не позволил своим губам своевольничать, сжал их в суровую линию.

— Я думаю, ты неплоха для желторотика, Дейрон, но не обманывайся, против меня ты и минуты не продержишься, если я не подыграю.

— Ах, вот как? — вспыхнула я, уперла руки в бока, как, бывало, делала старая кухарка в гарнизоне, когда отчитывала рекрутов, а Эйсхард, оторопев от моей наглости, смотрел смеющимися глазами. — Минута? Спорим — две?

— О, да ты опасная штучка, Дейрон!

Он с иронией повторил фразу, прилипшую как мне как банный лист.