1000 Первая дочь (СИ)

Теперь в обращенном на меня взгляде читалась такая ненависть и такое презрение, что его хватило бы опытному магу, чтобы уничтожить целое полчище нежити. А предназначалось это все мне одной.

И все же я улыбалась — без злорадства или высокомерия. Алексис был прав, когда сказал, что отныне Магра не имеет надо мной власти. Она продала меня, как рабыню. И наверняка ждала, что Алексис за волосы притащит меня обратно, а то и вовсе привяжет к лошади, чтобы я шла за ним всю дорогу, как обвиненная в побеге рабыня.

— В-все будет исполнено, — произнесла Магра с небольшой заминкой."

"Пятясь, как рак, вернулась в гостиницу, и до нас донеслись ее команды, отдаваемые работникам. Как бы она ни ненавидела меня, не исполнить приказ Алексиса не рискнула. Как не рискнула и задать мне хоть один из вопросов, что были написаны у нее на лице.

Как мне удалось расположить к себе Алексиса? Я и сама не знала ответа на этот вопрос. Зато точно знала, почему ему вдруг понадобилась баня и свежее белье. Сегодня мне предстояло отплатить ему за доброту. Отплатить единственным ценным, что у меня осталось — своей девственностью.

— Отвести Вердина в стоило? — спросил у Алексиса поспешивший к нему Кирон.

Второй помощник, темнокожий Хеймон, тоже мгновенно оказался рядом, чтобы исполнить любую волю господина и предводителя. Меня они усердно не замечали и поспешно отводили взгляды, словно боясь реакции Алексиса на излишнее любопытство.

А я была благодарна мужчинам за это. Как бы то ни было, но еще не привыкла к роли любовницы Алексиса и, тем более, не смирилась с положением рабыни. И не выдержала бы излишнего внимания к себе. Мне хватило тетки. И озвученных Алексисом планов — предстоящая ночь пугала меня и заставляла нервничать.

— Позаботься о моем коне, — согласился Алексис. — И дай ему много воды, а вот кормить пока не торопись. Вердин, несмотря на всю крепость, плохо переносит прыжки через порталы. Магур еще не прибыл?

— Нет, господин, — почтительно отозвался Хэймон. — По моим подсчетам, он прибудет не раньше завтрашнего утра.

— Вот и отлично! — объявил Алексис. Прыгнул с коня и помог спуститься мне. — Значит, мы проведем в этой гостинице еще одну ночь. А завтра после полудня двинемся в столицу.

Упоминание о ночи заставило меня покраснеть. Сейчас я жалела, что так мало знала о близости между мужчиной и женщиной. Всю жизнь меня настраивали на то, что я никогда не выйду замуж и не обзаведусь детьми.