Два дня

В статье Хьюстон указывал начинающим писателям на необходимость оттачивать свои наблюдательные навыки, прислушиваться к оборотам речи и обыгрывать их нюансы, подмечать жесты и элементы мимики, помогающие распознавать сокровенные желания и тайные помыслы – незначительные, но говорящие детали, высвечивающие натуру человека. «Возьмите себе за привычку наблюдать за людьми и слушать, что и как они говорят, – писал Хьюстон. – Постоянно занимайтесь поиском. И где бы вы его ни вели – в магазине, в придорожном кафе, в автобусе, трамвае или на оживленной городской улице, – воспринимайте это место как свою исследовательскую лабораторию. Далее, вы должны научиться переносить свои наблюдения с реальных людей на вымышленных героев. Вы должны представлять себе своего героя полностью – не только его внешний облик, но и его внутренний мир. Вы должны представлять себе всю его биографию – детство, юность, эмоциональные травмы, успехи и неудачи, сделавшие его таким, каким он предстанет вашей волей в начале повествования. Только полностью вжившись в образ героя, растворившись в нем, поверив, что вы обладаете теми же качествами, что и он, вы добьетесь успеха. И ваш герой начнет делать тот выбор и совершать такие поступки, которые будут двигать вашу историю вперед. Вы, автор, сидя в своем удобном кресле и печатая текст, должны одновременно быть и ощущать себя своим героем – реагирующим на продвижение по службе, измену любимой и даже на автобус, несущийся к нему на полной скорости по дороге. Только полностью отождествив себя с ним, вы сможете доподлинно прочувствовать и понять, как он отреагирует на подобные ситуации. И осознаете мотивацию его поступков. И только тогда ваш герой получится ярким, правдоподобным и многоплановым».

Демарко откинулся на спинку стула и уставился на мигающий курсор. Он попытался представить себя на месте Хьюстона, вообразить тот жуткий момент осознания им происшедшей трагедии. Вот он поочередно подходит к дверям каждой из спален. Жена мертва, ее горло перерезано. Сын мертв, его горло перерезано. Дочь мертва, ее горло перерезано. Малыш мертв, заколот ударом в сердце.

Ярость, отчаяние, горе – все эти чувства, должно быть, взбурлили в голове Хьюстона, как грибовидное облако. Это облако разбухло, расплылось и заполнило каждую щелочку, каждую бороздку в его мозгу. Проникло в каждую клеточку его тела, заставив Хьюстона застыть, оцепенеть, задохнуться от ужаса.

Представить все это Демарко труда не составило. Вот он в доме Хьюстонов.