Интимный дневник. Записки Лондонской проститутки

Когда он клал мне руку на живот, я всегда просыпалась, глядела на него и удивлялась, что спит он совершенно неподвижно. Наше тело столь беззащитно. Когда он спал, я могла в любой момент поранить его. Вот он медленно переворачивается, вот его широкая спина — чем не удоб­ный момент вонзить в нее что-нибудь острое?"

"Однажды я проснулась еще до того, как зазвонил бу­дильник: шторы были раздвинуты, за окном хмурое серое утро. Услышав, как он вздохнул, я подумала, что он уже проснулся, и повернулась к нему. Он дремал, пряча свои длинные руки, сложенные какими-то странными изломан­ными углами, под подушкой.

—   Зачем ты прячешь руки, — спросила я, глядя на его торчащие локти: кисти были погребены в недрах постель­ного белья.

—   Чтоб ты не откусила, — сонно промычал он и уснул еще крепче. На дереве под окном защелкал первый утрен­ний скворец.

Он порвал-таки с той, другой женщиной, но я все ни­как не могла до конца поверить этому, рана осталась, и мы постепенно отдалялись друг от друга, все реже встреча­лись, еще реже спали вместе, пока не настал день, когда вдруг оказалось, что у него завелась другая, да и я тоже не отставала. И ей-богу, оба мы были рады друг за друга.

jendi, к 18 decembre

Ходили с Н. в спортзал и там слегка повздорили. Ничего серьезного. Понятно, что кому-то выгодно, что к нам едет все больше всяких черных и других беженцев, от кого-то зависит, кому выдавать паспорта, а кому нет, но мы разо­шлись во мнениях о том, стоит ли ограничивать для них всякие социальные пособия и делать скидки на коммуналь­ные услуги. Он был обеими руками за подобные меры, так что я сама удивляюсь, как я не обозвала его вслух паранои­ком, шовинистом и ненавистником бедных беженцев.

Довольные, что вовремя удержались и не выцарапали друг другу глаза, мы заехали ко мне домой перекусить. Разговор наш больше не касался опасных тем, мы спори­ли, главным образом, по поводу обуви, чемпионата по регби, а также про то, у чьей жены в журнале «Жены футболистов» самая красивая грудь. Я уверена, мы когда-нибудь преодолеем наши разногласия — и по поводу гру­дей, и по поводу паспортов и прочих удостоверений лич­ности. Вывод: если ты больше не трахаешься со своим оппонентом, разногласия разрешаются гораздо дольше.

vendredi, le 19 decembre

Моя начальница — женщина, конечно, во всех отноше­ниях прекрасная и достойная, но бывает очень рассеянна.