Попаданка на 30 дней

Да уничтожить Великого мог кто угодно! Но ты выбрал меня.

— Мне на тебя указали, — уклончиво ответил Фархамит-шиа, — а другое не ведаю. Кстати, а ты чего не собираешься? — сменив тон, спросил посланник богов и бегло оглядел меня. — Давно пора, караван скоро отбудет.

— Отбудет без меня, — ответила я, — мне как раз хватит времени на раздумья. ай! Фарик поставил мне щелбан, зависнув рядом со мной.

— Глупости болтаешь! Тебе нужно отправляться с ними в путешествие.

— Что я там забыла? Не поеду!

— А кто Падму спасать будет?

— А Падма тут причем? — удивилась я.

— А то, что её отравят в путешествии. И только ты сможешь ей помочь.

— Ты же сказал, что не будешь вмешиваться.

— Да, я не буду. Будешь ты.

Я выпала в осадок. Надо же, уже все решил за меня!

— А если я подставлюсь? Если решат, что это я отравила?

— На всё воля божья, — развел руками Фарик и посмотрел на свои пальцу, сдув с них несуществующую пыль, — в конце концов, ты хотела встретиться с богами. Спасешь её

— совершишь героический поступок. Всё, вперед.

— К Падме. Просись в свиту.

— Если она хотя бы вполовину так же жестока, как Аравати, она меня изведет.

— А куда деваться? Только рядом с ней ты сможешь следить за всем, что происходит. Удачи.

Лемур в своей привычной, излюбленной манере растворился, оставив меня в полном раздрае. Что делать? Куда податься?

Прислуживать Падме я не горела желанием, но был ли у меня выбор? Мне на самом деле не хотелось её смерти, к тому же, если посланник действительно поможет мне, я смогу её спасти. Тогда совершу героический поступок и смогу встретиться с богами! Попрошу их заменить мою кандидатуру на кого-нибудь другого, как бы чудовищно это не звучало. Но как говорится, моя хата с краю. Я вообще в этот мир попала случайно и его спасительницей или убийцей быть не собираюсь.

В гареме сборы шли полным ходом. Аравати требовала к себе повышенного внимания, так как она никуда не отправлялась, в отличие от невесты Великого, которая должна была сопровождать его на важных мероприятиях. Я поднялась на четвертый этаж, где располагались покои матери-повелительницы и невесты Великого. Именно в покои последней я и прошла.

Здесь, как и на этажах ниже, полным ходом шли сборы. Падма отдавала указания, какие наряды и украшения брать в дорогу, что можно оставить, как лучше складывать вещи и прочее. Заметив меня, она застыла.

— Что ты здесь делаешь? — вздернув брови, спросила она.