Рапсодия минувших дней

Закрыв крышку, я посидела, после чего встала и обратилась к притихшей, задумавшейся оборотнице:

— А не потребовать ли нам чего-то сладкого, не дожидаясь ужина?

— А можно? — моргнула она. — В смысле, какие тут правила заведены у лорда Калахана?

— Не знаю. Но стоит попробовать.

Свое лицо Ирма увидела далеко не сразу. Мы успели пройти половину замка, добраться до малой гостиной, где можно было бы устроиться у камина и провести время до вечера. И лишь тут, подойдя к зеркалу, чтобы поправить волосы, она взглянула на себя. Застыла неверяще. Моргнула. Провела пальцами по своему отражению. Еще похлопала глазами. Пощупала щеки, брови, приподняла челку и всмотрелась в лоб.

От нее шла непередаваемая гамма удивления, недоверия, восторга и чего-то еще, я не могла опознать это чувство.

Наконец тень осознала, что ей не мерещится, и повернулась ко мне.

— Это… — Голос у нее сел и охрип от обуревавших чувств. — Вот так просто? Но как? Когда вы успели? И… спасибо, леди.

Тут она снова моргнула, и из уголков глаз скатились две слезинки. Она тут же осторожно промокнула их манжетой и посмотрела в потолок. Ведь тени не подобает плакать.

— Ты очень красивая, Ирма. Тебе совсем не шли эти ожоги.

— Однозначно! — Немного истерично рассмеявшись, она быстро пересекла комнату и села передо мной на корточки. Взяла за руку и приложилась к ней лбом. — Спасибо, сиятельная. Не могу высказать всю свою благодарность словами. Просто знайте, вы можете положиться на меня. Я не предам и не подведу.

— Я знаю, Ирма. Ты очень порядочный и преданный человек. Оборотень, прости. И я знаю, что ты будешь со мной до конца. И можешь погибнуть именно поэтому. Как там…

— Чему быть — того не миновать, — пожала она плечами и встала. — Но всё же пирожным отметить мое чудесное избавление от уродства не помешало бы.

Да, день у нее получился непростой. Сплошные потрясения. И объект для охраны слегка безумный. Ну или не слегка, трудно понять, как я выгляжу со стороны. И куча информации, которую я на нее вывалила о другой жизни и о страшной смерти. И бывший смертник из Тьяринды, который спокойно разгуливает по замку. И, наконец, внезапное избавление от страшных ожогов, сломавших ей жизнь.

Неудивительно, что Ирма нервничала, была излишне суетливой и нарочито веселой. Пыталась таким образом скрыть растерянность и замешательство. Я понимала и старалась дать ей эту возможность освоиться.

Уверена, уже завтра тень снова станет собранной, деловитой, ненавязчивой и молчаливой. Такой, какой она была всегда.