Ты для меня? (СИ)

— Взгляд серьезный. Взрослый. — Я хочу понять тебя. Хочу помочь!

— Не забивай голову. — Попытался отмахнуться. — Мне не нужна помощь.

— Совершенно не узнаю тебя. Будто и не ты, вовсе.

— Я. — Отозвался глухо. Уронил свой лоб на ее макушку, и втянул запах волос. Не смог удержаться. — Все еще я.

Лера говорила спокойно. Монотонно. Напряжение отступало. Мышцы расслаблялись. Все уходило на задний план.

Лишь ее голос.

— Ты другой. Кто сотворил это с тобой? — Не сдавалась упрямица. — Кто превратил в такого эгоистичного циника? Я готова разорвать этого человека собственными руками!

— Серьезно? — Выгнул дугой бровь, демонстрируя крайнюю степень удивления.

Словно кипяток под кожу вогнали. Внутривенно. Теперь же казалось, что и кишки полыхают. В горле давно уже ком стоял. — Забавно…а что, если это ты?

Она замерла под его изучающим взглядом. А потом задышала часто-часто. Поняла о чем речь.

Умная девочка!

Пару раз нервно сглотнула, прежде чем тихо произнести:

— Я была не права…тогда. Ты. Я. Осознала…с годами. Давай не будем винить друг друга. Ты сказал забыть, и я…

— Мало ли, что я сказал! Невозможно забыть! Я ПЫТАЛСЯ. Ни год. И ни два! — Не отдавая отчета своим действиям, повысил голос. — Помню я! И ты помнишь.

Хотел на ноги вскочить, да отойти подальше, дабы не навредить нечаянно, — нервы ни к черту — но, Лера не позволила.

Вцепилась, что было сил.

— Пожалуйста, Герман, — уткнулась носом в его ключицу. — Поговорим? Просто, поговорим!

И как тут отказать? Вот как?

Еле заметно кивнул, соглашаясь. Девушка едва ощутимо гладила по спине, посылая нервные импульсы в мозг. Расслабляя. И возбуждая, одновременно.

Вообще не соображает, как действует на него? Сумасшедшая!

Как есть, сумасшедшая!

Давыдов едва не взвыл.

— На тот момент, — произнесла она мягко, — все происходило по любви. Я очень-очень сильно тебя любила! И если бы можно было повернуть время вспять, боюсь…поступила бы точно так же. Я снова бы тебя соблазнила. Называй, как хочешь. Только не ошибкой…

П*здец! Все таки, добила его! Окончательно!

Резко оторвав от себя, швырнул на мягкие подушки. Сам же, рванул в другой конец комнаты. Сжал зубы до противного скрежета. До одури курить захотелось. Сдержался, каким-то чудом. Лишь когда отдышался, заговорил.

Холодно и грубо.

Чтобы поняла, наконец! Чтобы осознала!

Безумная. Сумасшедшая.