Ты для меня? (СИ)

— Повтори! — Гортанно. До ужаса, хрипло.

— Тр*хни же меня, наконец! — Повторила на автомате. Дрожащим голосом. И дрожал он, вовсе не от возбуждения.

Герман сорвался. Крыша поехала! Она, прямо слышала хруст шифера!

А нет, с таким звуком рвалось на ней платье.

Еще секунда, и он увидит ее тело. Все ее тело. Не частями!

Мужчина достаточно сосредоточился на ней, чтобы уже не думать о себе.

Пользуясь моментом, просунула ладошки в передние карманы брюк. Все выглядело так, будто она хотела прикоснуться к его плоти.

Но, ведь…и правда хотела! Нет. Нет!

Мужчина, даже зарычал, в предвкушении. Нащупав в одном из карманов свои трусики, осторожно вытянула их наружу.

Дело было сделано. Все остальное произошло за считанные секунды.

Ее взгляд резко изменился, становясь холодным и расчетливым. Лера оттолкнула его от себя, что было сил. Не составило труда — Герман не ожидал подобного поворота событий. Не мешкая, влепила ему смачную и очень звонкую пощечину. Столь сильную, что рука заломила от обжигающей боли. Замахнулась на вторую, но на этот раз, мужчина среагировал молниеносно, и уклонился.

Его взгляд был диким. Ярость и похоть плескались в нем вперемешку.

— Ненавижу! — Прошипела ледяным голосом. — Ты заставил меня почувствовать себя шл*хой! Считай, что твои старания я не оценила! И ни одного воспоминания о сегодняшнем вечере тебе не оставлю!

Подтверждая свои слова, продемонстрировала «выуженные» из его кармана трусики. Герман, наконец, вышел из оцепенения, и ринулся в ее сторону."

"Мрачно и грозно. Намереваясь воздать по заслугам. Девушка, хвала небесам, оказалась проворнее. Прошмыгнув в свою комнату, быстро повернула ключ на два оборота.

Прямо по косяку и сползла. Ее не просто трясло. Ее так колотило, что конечности не слушались!

Балкон!

Вспомнила, как раз вовремя. Практически, перед носом Давыдова, закрыла и эту дверь. Он выглядел так, будто готов снести ее с петель. К чертовой матери. Еще бы…

С ненавистью взирая на мужчину, окончательно сняла задранный донельзя, бюстгальтер. Отбросив нижнее белье в сторону, поправила на себе подранное многострадальное платье.

Понимая — ничего ему уже точно «не светит», Герман указал на окно. Замешкалась на секунду, а потом откинула форточку, на самый минимальный угол.

Теперь, они могли друг друга слышать.

— Тебе не сойдет это с рук, Мелкая.

— Уже сошло!

— Я не из тех, кто просит, девочка. Я прихожу, и беру свое!

— Как и я! — Рявкнула, упирая руки в бока.