Варвар для особых поручений

Тяжело дышавший после драки Гюльфи пристроился в затылок Вадиму и, судя по всему, решил весь оставшийся вечер не отходить от него ни на шаг. В доме уже поняли, что что-то произошло, и все его обитатели собрались у столба совета, стоявшего за креслом Свейна.

Виновников учинённого безобразия уже связанными вытолкнули в круг и, поставив на колени, оставили в покое. Теперь их судьбу должны были решить ярлы и старейшины. Последним в дом вошёл гигант Рольф и, решительно протолкавшись прямо к Вадиму, громко спросил:

— Чего тут у вас случилось? У порога словно бешеный буйвол прогулялся!

— Малышок наш защищать меня кинулся, ну и перестарался немного, — усмехнулся Вадим.

— Ничего себе немного, — удивлённо присвистнул Рольф, разглядывая избитых хулиганов.

Бросив взгляд на избитых, Вадим мысленно с ним согласился. Смотреть на парней после их знакомства с кулаками Гюльфи без содрогания было невозможно.

«Похоже, я вовремя вмешался», — фыркнул про себя Вадим, пересчитывая пострадавших.

Девять человек выглядели так, будто по ним стадо слонов пробежало. Свейн, уже знавший о происшествии, тяжело уселся в кресло и, вздохнув, устало спросил, обращаясь к побитым:

— Ну и зачем вы это сделали? Вам что, мало тех, кто рядом, что вы ещё решили серьёзных людей от дел отрывать?

— Так ведь говорят много, а увидеть не доводилось. Вот и решили проверить, — прошамкал разбитым ртом один из воинов.

— Проверить. А кто ты такой, чтобы что-то проверять? — зло огрызнулся Свейн и, повернувшись к Вадиму, добавил: — Решай, что теперь с ними делать.

— Плетей всыпать, чтобы неповадно было, и пусть дальше живут, — поперхнувшись, ответил Вадим.

Собравшиеся у столба одобрительно загудели. Отличительной чертой северян для Вадима стал непреложный закон: с наказанием заканчиваются и все претензии. Поэтому предложение Вадима означало, что он больше не будет держать на парней зла. Сидевший в кресле Свейн бросил вопросительный взгляд на Брока. Почти все нападавшие были из его клана. Заметив его взгляд, Брок молча пожал плечами. Вздохнув, Свейн поднялся и решительно произнёс:

— Так тому и быть. По два десятка ударов кнутом каждому.

— А то, что нам и так морды набили, что, не считается? — прохрипел один из воинов, косясь на ярла щёлочкой заплывшего глаза. Второй глаз вообще не открывался.

— Сами напросились, — криво усмехнулся Свейн и, подозвав рабыню, приказал принести вина.