Варвар для особых поручений

Сколько ни рассказывай им, что всё это сделали люди, а не боги, они этому не поверят. Оставался только один выход. Найти место, где прячется Свейн, и уничтожить его как главный источник всех неприятностей.

Но как это сделать? Ведь за прошедшее время его отношения с ярлами складывались всё хуже. Ко всем прочим бедам из двадцати трёх кораблей, ходивших с парусами его личных цветов, в бухту вернулись только пятнадцать. Последние два корабля вообще исчезли бесследно, словно в воду канули.

Стоявший рядом с креслом хозяина Никодим замер, боясь нарушить размышления императора. Покосившись на него, Олаф мрачно спросил:

— А сам что обо всём этом думаешь?

— Даже не знаю, что и сказать, хозяин. Искать его надо. Свейна этого. Но, мне кажется, что не сам Свейн всё это придумал.

— Почему? — моментально насторожился Олаф.

— Будь этот Свейн таким умным, давно бы уже себя проявил. А он всё это время жил, как все эти глупцы, что не могут вашего великого замысла понять. К тому же в Нормандии я странный разговор слышал, что всю свою торговлю этот Свейн отдал какому-то пришлому воину, которого он книгочеем называет. Откуда у нищего ярла может книгочей взяться? И откуда среди жителей Нордхейма мог взяться книгочей, о котором никто не знает?

— И что ты этим хочешь сказать? — не понял Олаф.

— То, что этот книгочей — пришлый. Думаю, Свейн просто нанял его и теперь старательно набивает свою мошну.

— А где он мог нанять книгочея? И на какие деньги? — спросил Олаф.

— Где, я не знаю. А вот по поводу денег всё просто. После нападения на бриттов деньги у него были, значит, нанять книгочея он мог. Ну а после нескольких удачных сделок платить ему стало ещё проще.

— Выходит, если найти стоянку Свейна и узнать, кто из его людей тот самый книгочей, можно будет просто перекупить его. Тогда нам даже убивать этого Свейна не нужно будет. Он сам себя погубит.

— Осталось понять, где они прячутся, — вздохнул Никодим. — Но как это сделать?

— Думай. Ты у меня первый советчик, — жёстко усмехнулся Олаф.

— У меня не получится. Все ярлы знают, что я служу вам как верный пёс, и сразу замолкают, стоит только мне появиться рядом с их сборищем ближе, чем на пять шагов. Вдобавок я трелл. А с треллом у воина разговор короткий: пшёл вон, скотина, — скривился раб, явно кого-то передразнивая.

Понимая, что раб говорит правду, Олаф мрачно кивнул и, в очередной раз огладив бороду, ответил:

— Значит, мне нужен кто-то, с кем они будут говорить.