Право первой ночи для повелителя драконов

– Жалеешь его? – голубоглазый слегка ослабил хватку, но не отпустил свою жертву, и перевёл на девушку тяжёлый драконий взгляд. – А не ты ли только что на него жаловалась? – его брови почти сошлись на переносице.

– Жаловалась, – нервно кивнула Лира. – Но он своё уже получил. Пожалуйста... – и замолчала, но посмотрела с такой мольбой, что, наверное, и мёртвого бы проняло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ксения, хоть и злилась на здоровяка, была солидарна с сиерой Трайдер. Ей тоже было не по себе от пронзительных сияющих очей наместника, в которых в данный момент не было ни капли сожаления или жалости. А ведь перед ним даже не враг, а закадычный друг... Страшно представить, на что он способен, если ему доведётся схлестнуться с недругом. Видимо, война оставила отпечатки не только на их телах, но и на душах, да немаленькие такие отпечатки.

– Ну раз получил... – Каяр несколько мгновений будто раздумывал, что ему делать, а потом развеял магию, потусторонний блеск его глаз стал меркнуть.

Здоровяк, шея которого наконец-то была свободна, принялся кашлять и судорожно хватать ртом воздух, прожигая приятеля гневным посверкивающим взглядом.

– Т-ты... – хрипел Дрейнар, потирая горло. – Из-за неё... М-мы же с тобой с-столько лет... – его лицо понемногу приобретало нормальный цвет.

Виртар поспешил к другу и осмотрел его шею, на которой виднелись сизые отметины.

– Кай... – фиолетовоглазый с укоризной посмотрел на друга.

– Нечего на меня так глядеть! – рявкнул Брайтрейн. – Ты тоже виноват и заслужил трёпку. Я же просил присмотреть за моей пташкой, а не пытаться наложить на неё лапы. Почему не остановил этого сластолюбца и позволил ему своевольничать?

– Прости, не ожидал, что Дрейн настолько разойдётся... – повинился брюнет. – Но и ты от нас кое-что скрыл. Что за сила скрывается в твоей пташке? Дрейна просто вынесло потоком её магии.

– И правильно, что вынесло! – сверкнул глазами хозяин замка. – Иначе он натворил бы дел, и я бы не ограничился таким лёгким наказанием.

– Кай, ты не ответил... – не унимался фиолетовоглазый.

– И не отвечу! – твёрдо сказал чешуйчатый. – Её силы – только моя забота, и точка! Есть единственное, что вы должны уяснить: эта пташка моя. Я вам доверился и доверил её, больше меня не разочаровывайте, иначе... – блеск его глаз стал пронзительно голубым, почти слепящим.

Виртар отвернулся и отступил на шаг:

– Я понял.

И Брайтрейн погасил сияние.