Наследник для Заура

Прикрываю веки, чтобы хоть как-то собраться, прийти в себя и понять, что мне делать дальше.

Без зарплаты. С проблемами, о которых даже думать себе запрещаю, и с больной ногой…

Неожиданно раздается громкая трель телефона. Звонит не мой телефон, а кавказца. Мелодия такая громкая, она отдает набатом в ушах и отчего-то заставляет меня напрячься будто в ожидании чего-то страшного.

Заур отвечает на другом языке. Рубленые фразы, интонации, пропитанные гневом. Да. Точно, мужчина начинает злиться и в гневе его подавляющая харизма становится более акцентированной, а чужой язык…

Он какой-то грубый, но все же на слух ловлю также и певучие нотки.

По мере того как мужчина говорит, его рука сильнее сжимает руль, а я рассматриваю его пальцы, длинные, без колец, сильные. С красивыми лунками ногтей.

Его руки не кажутся холеными, нет. Это руки мужчины, привычного к физическому труду, об этом говорит каждый миллиметр его тела, но Заур не оставляет впечатления качка. Он, скорее, жилистый, крупный от природы, как говорится, широкая кость.

Он мощный в плечах. Но вместе с тем обладает какой-то грацией пантеры. Его движения обманчиво мягкие, тело, не раскачанное излишними добавками, которые принимают бодибилдеры, а по факту у которых и мышцы дутые.

Здесь все иначе и сила чувствуется звериная.

Мне не по себе, когда прислушиваюсь к речи на чужом языке. Как у музыканта у меня развит слух и вот сейчас я улавливаю злость, даже ярость, и мне становится жутко, холодно, я обхватываю собственные плечи руками и смотрю на улицу.

Небо заволокло тучами, такое ощущение, что даже природа подстраивается под настроение мужчины, хмурится.

Неожиданно я чувствую едкий взгляд. Очень осязаемый, колючий, поворачиваю голову и замечаю, как Исаев рассматривает меня, буквально сверлит своими карими глазами с золотистыми прожилками."

"Интересные глаза, вроде и темные, но вот это вот вкрапление золотых прожилок, которые словно оплетают зрачок, делают их глубоким и страшным сейчас.

У меня по коже мурашки бежать начинают и где-то на уровне подсознания я чувствую, что этот мужчина полон неизвестного…

В один миг он способен превратиться из обаятельного и манящего в того, кто вселяет ужас.

Разговор переходит на глухие нотки и интонации. А на лице Заура вдруг вспыхивает улыбка. Она холодная, лютая. Будто оскал. В ней он свои клыки демонстрирует крупные и белоснежные и опять у меня ассоциация со зверем, вцепившимся в глотку своего врага.