Заноза для мажора

Вот, собственно, и все, что плавало в мозгах.

Странно, что с таким подходом у меня еще получилось поступить собственными усилиями в универ. До сих пор не понимаю, как. Может прокатило на громкой фамилии? Решили сделать абитуриентке поблажку, надеясь на благодарность от ее отца в виде щедрого пожертвования? Если так, то уважаемый оргкомитет потерпел сокрушительное фиаско. Папаша даже на шторы ни разу не скинулся. Фигурально выражаясь.

— В таком случае можно ли считать, что я получил амнистию за тот свой косяк? — уточняет как бы между прочим Волков.

— Допускаю такую возможность.

— Отлично. С этим разобрались. Осталось дело за малым. Растопить ледяное сердце Снежной королевы.

Эй. А вот это, знаете ли, прозвучало крайне неприятно.

— Вовсе оно у меня не ледяное, — обиженно насупливаюсь.

— Да. Но ты меня туда не пускаешь.

Правильно. Потому что двери запаролены биометрическим кодовым замком. Для надежности.

— А тебе так необходимо туда попасть?

Денис протяжно вздыхает, устало закатывая глаза.

— Я лежу со сногсшибательной красоткой в одной постели и едва сдерживаюсь, чтобы не наброситься на нее… Нет, Кристин.

Мне от тебя нужен исключительно секс. А наутро я выпру тебя из хаты и велю больше никогда не звонить.

— Сам позвонишь, — с хитрой улыбкой замечаю я. — У меня твоя тачка в заложниках.

— Я подарю тебе ее, только сними оборону.

— Я подумаю.

Мои пальцы сжимают крепче, от чего мурашки проносятся по обнаженному плечу до локтя, откуда перескакивают на лопатки и устремляются по позвоночнику вниз.

Неосознанно тянусь ближе к Волкову, подчиняясь неконтролируемому влечению, разгорающемуся вокруг нас с сумасшедшей скоростью. Теперь мы почти соприкасаемся губами. Осталось приложить всего одно небольшое усилие, чтобы позволить им встретиться… Всего одно.

— Все что угодно подарю, только давай попробуем, — понижая голос до тихого шепота рвано выдыхает Денис, голодными глазами изучающий каждую линию на моем лице.

— Что? — так же шепотом вырывается из меня.

— Быть вместе.

— Потому что…

Сердце замирает в ожидании ответа.

— Потому что я по уши влюблен в тебя, Волкова.

Больше не сдерживаюсь и первой прошу поцелуя. Более того, получаю его. Ласковый, нежный, дразнящий.

Мало.

Хочу больше.

Хочу глубже.

Хочу жарче.

Высвобождаю кисть и кладу ему на шею, придвигаясь вплотную. Все равно мало. Ногой спихиваю одеяло, чтобы оно не мешало прижаться к горячей тяжело вздымающейся мужской груди. Да. Вот теперь то что надо. Как он пахнет.