Ловушка для артефактора

Движимая каким-то чувством, я не стала отключать переговорник, медленно опустила его на землю, постаралась прикрыть камнями. И посмотрела на Агнесс, которая, как оказалось, прекрасно слышала весь разговор. И смотрел на меня не то с удивлением, не то с презрением.

Но сказать она мне ничего не успела, Мирон перевел ее внимание на себя:

— Как давно это происходит? Как давно это с Агнесс?

Тварь хмыкнула, дернув плечом:

— С самого детства. Пришлось потрудиться, чтобы заполучить над ней контроль, но оно того стоило. Только вы чуть все не испортили.

Пришлось наябедничать комиссии по усыновлению, чтобы Агнесс отгородили от твоей любопытной семейки. Ведь так она была только под моим контролем. Пусть она и не такой хороший сосуд, но самый удачный, что мне на тот момент удалось найти.

Я вздрогнула, вспоминая, с каким теплом Агнесс — настоящая Агнесс! — отзывалась о семье Мирона. Как ей хотелось остаться с ними. И попросту не смогла промолчать.

— Мирон, не слушай ее, — я дернула его за рукав. — Агнесс больше всего хотела остаться с вами.

Она любила тебя!

— Отступи сейчас и останешься жив! — произнесла она, медленно приближаясь к нам и бросая взгляд на переговорник, который лежал у моих ног. Отступи, и я отпущу тебя. Ты же не хочешь, чтобы, очнувшись, Агнесс увидела твой труп? — в последний раз прорычала она, но Мирон не собирался сдаваться.

Он не ответил. Вслух. Зато его глаза говорили все за него.

Я видела, что, несмотря ни на что, он не потерял надежду. Мирон верил, что Агнесс справится, и ни на секунду не усомнился в своем решении стоять до самого конца.

— Что ж… Значит, так тому и быть. — Тварь в теле Агнесс пожала плечами.

Она остановилась рядом со щитом и медленно, даже как-то демонстративно, опустила на него ладони. После чего прошептала заклинание на незнакомом языке. В следующую секунду на нас обрушилась неистовая, разрушительная тьма.

Меня раздавило ее тяжестью. Прижало к земле с такой силой, что я даже вдохнуть не могла.

И слышала, как закричали ребята, но из-за звона в ушах не сумела разобрать ни слова.

Мирон держал защиту до последнего, я видела, как блестят стенки щита в этом мраке. Но у каждого есть предел. И в ту секунду, как он наступил для парня, Агнесс одним ударом вонзила в него кинжал.

Я задохнулась от этого. Мир треснул для меня на «до» и «после». Перед глазами стояли перепачканные в крови руки девушки. Алые тяжелые капли, срывающиеся с блестящего острия кинжала. И я… я не могла поверить, что все это происходит на самом деле.