Босс для Ледышки (СИ)

Ой, мамочки… Наверняка заметил, что я рыдала. В таком-то освещении. Он точно что-то заподозрил.

Пауза затянулась на секунду дольше положенного.

— С Наступающим, — поздравил он.

— А… — от неожиданности я открыла рот, закрыла, помолчала. — Спа… сибо. Спасибо. И вас. И вас с Наступающим.

Он лишь сухо кивнул мне в ответ и пошагал куда-то по своим делам, оставив меня в полутьме, наполненной золотистыми светом крохотных звёздочек-гирлянд.

Глава 12

До аэропорта Андрей, по настоянию помощников, отправился с шофёром. По дороге предстояло сделать несколько очень важных звонков, в том числе по поводу бумаг.

— Документы готовы? — голос Никиты в трубке звучал хрипло и приглушённо.

— Если бы ты позавчера не отправился в свой секс-забег, был бы в курсе уже к концу корпоратива, — поддел Андрей и поймал в зеркале заднего вида смеющийся взгляд своего шофёра Олега.

Никита проворчал что-то нечленораздельное.

— Не парься, — смилостивился Андрей. — Я затем и поручил бумаги Мироновой. По исполнительности в головном офисе её никто не переплюнет.

— И она даже умудрилась в этот раз обойтись без рукоприкладства? — съехидничал Никита.

— Откуда столько яда? Неужели в пятницу ничего не перепало, и ты ещё вчера где-то догонялся?

— До пошёл ты, — беззлобно пробормотал Никита, и в трубке послышалось шипение наливаемой в ёмкость газировки.

Андрей хмыкнул, но не стал возвращать «любезность», вернулся к делу:

— Бумаги подписаны. Осталось у юристов заверить, но Миронова в курсе. Завтра ещё рабочий день, сдаст их в наш юротдел, а к вечеру, думаю, их уже перешлют в офис партнёров. Я на связи, мне тут же отзвонятся. Это уже рабочие мелочи. Отдыхай, отсыпайся и давай-ка не части с праздниками до праздника, страдалец.

Никита вместо прощания промычал что-то вроде «ага-ага», и Андрей повесил трубку. Покачал головой, отложил телефон на соседнее сиденье, уставился в окно.

Может, позавчера Евгения Станиславовна и обошлась без рукоприкладства, только во время их разговора в кабинете дал бы ей кто волю, глаза бы ему выцарапала.

Но почему-то сейчас в памяти всплывала совсем другая картина — как она с глазищами в поллица от его неожиданного появления стояла в полутьме большой залы под «звёздами» гирлянд.

И внутри неприятно скребло оттого, что в его присутствии она почти всегда выглядела такой… настороженной, будто всегда ожидала от него только неприятностей.