Костюм Адама для Евы

Но она права в одном: нам нужен ребенок. Почему у нас не получается? Ты вообще как ко мне относишься? Может, не собираешься малыша иметь? Я тебя из нищеты выдернул, одел-обул, поселил в прекрасной квартире. И теперь тебе неохота заботы иметь?

Вера трепетно относилась к Алексею, поэтому не отвесила ему пощечину, не собрала вещи, не ушла от него, а кинулась утром к лучшей подруге Кате с вопросом: «Что делать?»

В процессе совместного мозгового штурма родилось неординарное решение. Вере надо пройти полное обследование, и, если выяснится, что у нее патологии нет, надо согласиться на оплодотворение от анонимного донора.

Почему она не отправилась к доктору вместе с Алексеем? Вера категорически не хотела, чтобы муж узнал о ее инициативе. Если анализы выявят бесплодие жены, Ангелина Федоровна сживет невестку со свету, сделает все, чтобы сын развелся и женился на другой. А если откроется, что ребенок не получается из-за проблем со здоровьем Алексея, то свекровь никогда не поверит в ущербность сыночка, начнутся разговоры, что невестка заразила мужа непонятной инфекцией, Вера снова окажется виноватой, Леша разорвет брачные узы и начнет подыскивать другую супругу.

Катерина устроила все наилучшим образом. Вере крупно повезло: ее закадычная подружка закончила медвуз, получила специальность гинеколога и работала ассистентом у своей мамы, Валентины Петровны, которая служила в частной клинике Сереброва. Воспользоваться услугами донора спермы недешевое удовольствие, но Катерина обстряпала дело бесплатно.

Через короткое время Вера объявила о беременности и увидела на лице Ангелины Федоровны горькое разочарование, которое свекровь быстро замаскировала счастливой улыбкой.

«Обломалось нас развести, – подумала невестка. – Теперь мы с Лешей будем жить счастливо. Удавись от злости, жаба!»

И счастье, на которое рассчитывала Вера, не заставило себя ждать. Когда она была на четвертом месяце, свекровь неожиданно познакомилась с приятным мужчиной Иозефом, русским, давно проживающим в Германии, скоропалительно выскочила за него замуж и укатила в город Киль.

Вере от радости хотелось петь. Иозеф, как большинство европейцев, оказался скуповат. Деньги на поездки жены в Россию он тратить не собирался, в Германию Алексея и Веру не звал. Более того, прямо дал понять супруге – та должна заниматься исключительно своим мужем, домом и садом, российская родня не желанна в его особняке. Счета за телефон Иозеф проверял скрупулезно, Интернета в доме не было.