Капкан для Ректора

А чувствую себя вполне сносно, точнее так, будто просто спала и весьма крепко. Неужели этот надменный аристократ снизошёл до заботы обо мне? Хотя, что за вопрос? Я явно нахожусь не в городской лечебнице…

Ректор восседал в обитом бархатом кресле и со скучающим видом цедил чай из чашки с розами. Странный выбор сервиза. Такой предпочитают дамы за тридцать.

Вольфрам по обыкновению выглядел безупречно. Дорогой синий костюм подогнан по фигуре, шейный платок более светлого оттенка, белоснежная рубашка. Цвет одежды очень гармонировал с глазами мужчины, делал их ярче, глубже, завлекательнее. На губах обозначилась кривая усмешка. А вот до бритья он явно не добрался, потому чётче обозначилась светлая щетина на его щеках и подбородке. Что, впрочем, придавало Фредерику более мужественный вид.

— Добрый вечер, мисс Стрэндж, — вежливо поздоровался он.

— Миссис, — поправила его. Неужели сложно запомнить? — Вечер, мистер Вольфрам, — голос хрипел после сна.

Я села и прочистила горло. Одеяло без спроса сползло до талии, и я обнаружила, что одета в ночную сорочку. Целомудренную, пусть и из тонкой ткани. Однако, факт того, что кто-то посторонний меня переодевал, смущал.

— Вы изобрели весьма действенный способ попасть в мою постель, миссис Стрэндж. Не понадобилось даже, обещанное вами, свидание.

Я приоткрыла рот от неожиданности. Он видно издевается? Я в его постели?!

“Не краснеть, Алиша! Он этого и добивается!”."

"— Судя, по вашим словам, все незамужние дамы славного Стоунгарда только и заняты тем, что ломают голову, как найти сюда путь, — немного попрыгала на месте, проверяя качество перины. — Удивительно, учитывая её “удобство”.

— Судя по тому, как сладко вы сопели и разговаривали во сне, вы специально преувеличиваете неудобство моего ложе, — ректор продолжал улыбаться.

Щёки начинали предательски пылать.

“Алиша, держись, ты же не неопытная девчонка!”.

Пикировка с Вольфрамом проходила бы спокойнее, если бы на мне осталось хотя бы бельё!

— Мне бы хотелось одеться и узнать, что произошло, пока я находилась без сознания, — процедила сквозь зубы.

— И не желаете услышать, что говорили, пока спали? — иронично произнёс этот невыносимый мужчина.

Голубой взгляд скользил по моему лицу, выискивая признаки смущения.

— Почему меня вообще раздели? — слегка повысила голос, не сдержавшись.

Вольфрам притворно тяжко вздохнул, отложил чашку на блюдце рядом с вазой со сладостями.

— Вы потеряли сознание в луже, если забыли.