Полет длиною в жизнь

А если учесть все зло, которое она вольно или невольно ему причинила, она заслуживала только самого сурового наказания — и никакого второго шанса.

Потом они вернулись домой, и Джо впервые за много месяцев увидел Кларка Александра и Стивени. Дети завопили от восторга и сразу же повисли на нем, а Джо принялся кружить их по квартире.

Вечер, который они провели вчетвером, был почти счастливым. Когда Джо ушел, Кейт долго раздумывала. Ей хотелось верить, что они еще могут быть друзьями; она надеялась на это и пыталась убедить себя, что ей этого будет достаточно. Ведь дружба не предъявляет таких жестких требований и не требует таких громадных жертв, как любовь!..

И следующие два с небольшим месяца они оставались просто друзьями. Джо был относительно свободен, и они обедали вместе по средам и изредка ужинали в другие дни. По воскресеньям Джо приходил к детям, и Кейт готовила для всех четверых роскошные угощения с мороженым, клубникой со сливками и другими лакомствами. Потом Джо ненадолго улетел в Лос-Анджелес, но для Кейт это больше не было трагедией, как когда-то. В конце концов, они оба были свободными людьми, и им в голову не приходило чего-то требовать друг от друга.

Однажды в дождливый и ветреный вечер, когда Кларк Александр и Стивени были у Энди в Коннектикуте, Джо неожиданно зашел к Кейт, чтобы занести книгу, о которой они говорили неделю назад . На самом деле он явился к ней вовсе не за тем, однако понятия не имел, каким образом перейти от дружбы к чему-то другому — неведомому и пугающему, но тем не менее манящему. Вернуться к тому, что связывало их когда-то, они не могли — это было ясно обоим. Поэтому если бы они все-таки рискнули двигаться вперед, им пришлось бы создавать что-то совершенно новое, и вот тут-то Джо забуксовал…

Впрочем, все дальнейшее произошло на удивление просто и естественно. Кейт как раз разливала кофе, когда, случайно подняв голову, она вдруг увидела, что Джо стоит совсем рядом. От удивления Кейт опустила кофейник на подставку, и в то же мгновение Джо мягко привлек ее к себе.

— Ты не примешь меня за сумасшедшего, если я скажу, что все еще люблю тебя? — спросил он, и Кейт невольно задержала дыхание.

— Не знаю… — ответила она тихо. — Это действительно смахивает на безумие, но… я хочу быть безумной!

И она прижалась к нему, стараясь не думать ни о чем, что могло бы омрачить эти минуты сказочного блаженства, почти чуда."

"— Мне бы очень хотелось, чтобы ты простила меня, — прошептал Джо.