Пин-код для Золушки

 — А все остальное меня не касается. Я всегда под своим именем и в своей одежде!

Тон Ахмеда бен Касима был надменным, если не презрительным.

«Ну да, — подумал уязвленный Мадиба. — Потому что тебя охраняют твои деньги. И ты живешь как король в своей стране, хотя богатством превратил в „свою страну“ весь мир…»

— Кстати, насчет Бахры у меня тоже имеются вопросы. Но вначале я должен кое-что уточнить, — многозначительно проговорил шейх.

«Ну вот еще чего не хватало!» — мелькнула тревожная мысль. Но он ее, конечно, никак не проявил вовне. Внешне начальник охраны вел себя, как и положено покорному и преданному слуге.

— Как вам будет угодно, господин! — склонил голову Мадиба, опасаясь, что шейх прочтет в его глазах отражение бушующей в душе исступленности. В конце концов, тот не сделал ему ничего такого, за что можно быть вовек благодарным. Взял на работу? Да, но заставив переступить через труп своего верного слуги. Того, который охранял его много лет и готов был собой заслонить от грозящей опасности!

Конечно, произносить это вслух было нельзя. Да и не только беспричинный «наезд» явился причиной затаенной, разъедающей его изнутри ярости. Дело совсем в другом… В том, что и вовсе невозможно продемонстрировать, дабы не быть вмиг преданным мучительной казни…

То ли эта мысль отразилась на лице, то ли шейх уловил исходящую от него волну неприязни, но он резко закончил разговор.

— Сними этот дурацкий костюм и собирайся. Завтра мы отправимся на «Ориенте» в южные воды. Думаю поохотиться на акул и добыть самую большую, которую еще никто и никогда не вытаскивал на земную твердь. Ты не хочешь тоже научиться этому делу?

— Прикажете — научусь! — ответил Мадиба.

Али нахмурился. Вероятность стать начальником охраны развеивалась, как мираж, да и его собственная должность утрачивала твердость и приобретала зыбкую неопределенность. Зачем шейху два ответственных за акулью охоту?! Или хозяин хочет и его свести в ножевом бою с этим черным атлетом, которого он заведомо победить не сможет? И тогда Хафиз с каким-нибудь новым Саидом закопают в пустыне уже его…

— Хорошо, можешь идти! — Шейх махнул рукой.