Пин-код для Золушки

Поэтому со смертью шейха карьера Гафура закончилась. Но это напоминание не произвело желаемого результата.

— Я достаточно заработал у шейха Касима, — повторил он, — и мне нет необходимости нарушать слово верности, которое я дал ему много лет назад.

— Но я компенсирую ваши угрызения совести, — сказал Уоллес.

Гафур холодно усмехнулся.

— Вряд ли. У вас просто нет ничего такого, что могло бы перевесить мою преданность ушедшему от нас шейху.

— Вы ошибаетесь, — спокойно сказал Уоллес, и положил на стол сверкающий и переливающийся разными цветами бриллиант. — Знаете, сколько здесь карат?

Гафур бросил беглый взгляд.

— Правильно. Я вижу, вы понимаете в этих вещах. — Уоллес положил рядом еще такой же кристаллик. — А этот?

— Примерно такой же.

— И оцените чистоту обоих. А также цветность и огранку.

— Да, я вижу, это хорошие камни. — В голосе Гафура появился интерес. И тогда Уоллес достал и положил рядом третий камень. На этот раз он ничего не говорил. Да говорить и не было необходимости. Гафур со своим обычным невозмутимым видом достал платок, чистый и отглаженный, которым недавно вытирал нос, развернул его, положил туда все три драгоценных камешка и, аккуратно завернув, сунул в карман. После чего, глядя сержанту в глаза, сказал:

— Банк Deposit Suisse в Цюрихе. Там хранится одна из частей активов ушедшего от нас друга шейха Касима, да успокоит Аллах его душу, — мистера Афолаби. И есть его завещание о том, что часть этой суммы, а она выражается в нескольких миллионах долларов, должна перейти к миссис Бойер. Но только в том случае, если она подтвердит свое право пин-кодом, который и является ключом доступа к ее богатству.

— Спасибо, — кивнул Уоллес. — Но вряд ли можно подозревать какую-то женщину в убийстве шейха…

Гафур только развел руками и поднял глаза к небу.

— А где же была его охрана? Где Саид? — Уоллес тут же понял, что сболтнул лишнее, но лицо араба осталось невозмутимым.

— При прежнем начальнике охраны шейх Касим был бы жив. У Саида был поединок с африканцем. Мадиба Окпара победил и занял его место…

Гафур замолчал, внимательно глядя на собеседника. Уоллес, в свою очередь, внимательно смотрел на него.

— История с трапом сразу показалась мне странной, — наконец нарушил молчание араб. — Но странности иногда случаются. Однако они никогда не повторяются!

— А почему вы выбрали именно меня? — взгляд черных глаз сверлил как дрель, прорывающаяся сквозь телесную оболочку.