Трофей для хулигана

Хотя… может и не зря парни на больничке настояли. Я ещё ехать не хотел. А медсестричка хороша… Кровь начинает бежать по венам быстрее от мысли, что красивая девушка всего через несколько минут будет ко мне неприлично близко. Хочется ее рассмотреть. Сочетание взрывного характера и невинности реакций просто аховое. Я отпускаю реальность и представляю, как будет вкусно впиться в розовые губки строгой девочки. Они все по-началу строгие. Пока ты не снимаешь с них одежду. Куда только исчезают невинные глазки, когда они просят трахать их жёстче, глубже… мммм…

Из фантазии меня вырывают голоса. К кабинету подходит степенная супружеская пара. Скучная. От женщины на весь коридор пахнет классической «Шанелью», и меня начинает подташнивать. Ладно, не от духов. Скорее всего, мое сотрясение шалит. А мужик очень сильно напоминает мужа Альбины. И вот парадокс, вроде бы, бабла у мужика дохрена. Жизнь, можно сказать, удалась, на все двести. А в пятьдесят лет уже «не стоит». Сидячий образ жизни, любовь к сладостям и алкоголю грохнули тестостерон Фадеева наглухо. Вообще, я не удивлён, что ребёнок у них так и не получился.

— Кажется, здесь, — дама открывает дверь процедурки, и пара заходит.

Через несколько минут они появляются в сопровождении моей медсестрички и хромающего парня лет пятнадцати.

— Под гипс ничем острым не лазить, самостоятельно не снимать, — напутствует пациента девушка, — И уж тем более никаких экстремальных видов спорта.

— Спасибо большое, — прощается отец семейства, пока мать «облизывает» сына.

— Третий гипс за пол года, — качает головой, поворачивается ко мне и вздыхает, — Входите. Давайте направление.

— Здравствуйте, доктор, — продолжаю смущать ее пристальным, максимально откровенным вниманием. Девушка реагирует на это частым дыханием и гневным взглядом.

Сажусь на стул. Кладу перед ней рентгеновский снимок и заключение. Она внимательно читает.

— Что пишут? Жить буду?

— Показывайте затылок, — ещё один гневный взгляд в мою сторону.

Я скидываю капюшон с головы, а медсестра встает из-за стола и подходит ко мне сбоку.

— Чем нанесён удар? — она надевает перчатку и осматривает рану, чуть надавливая.

В нос бьет запах ее духов, и я уплываю. Свежие, по-девичьи сладенькие. Хочется зарыться носом за ее ушко и вдохнуть поглубже.

— Так чем? — она надавливает на голову сильнее, и меня отрезвляет волной боли.

— Упал неудачно… — отвечаю севшим голосом.