Двойной удар. Трофей для чемпионов

Я, обнаженная, с затуманенным взглядом с Романом, который он был спиной, а потом и другое фото, на котором я с Егором. Не могла больше на это смотреть, заблокировала телефон, сжала до скрипа корпуса в руке.

К горлу подступила тошнота. Я почувствовала головокружение и чуть не упала, но кто-то поддержал меня. Обернувшись, я увидела Лиду.

– Идем отсюда, чего так долго? – прошептала она, обнимая меня за плечи. – Декан ждет тебя в своем кабинете. Ты только не переживай, Рязанова, все наладится, ты ведь отличница.

– Кто это сделал? – спросила я, еле шевеля губами.

– Не знаю, – ответила Лида. – Айтишники уже пытаются всё удалить, но многие успели увидеть.

Аркадий. Конечно. Это мог быть или он, или парни.

Кто же еще мог так меня унизить за то, что я ему отказала? Что за козел! Но как у него оказались эти фотографии? Их делал кто-то из парней – Егор или Роман. Все сводится к ним. Неужели они показывали их кому-то? Делились ими? От этой мысли внутри все перевернулось.

– Юля Рязанова, – раздался голос за моей спиной, – зайдите в мой кабинет.

Я обернулась. Наш декан, Владимир Петрович, смотрел на меня с непроницаемым выражением лица.

– Сейчас же, – добавил он и направился к лестнице.

Я спрятала телефон в карман и пошла за ним. Лида сжала мою руку в знак поддержки, но я почти не почувствовала этого. Меня будто окутал вакуум, отрезав от всех ощущений, кроме боли и стыда.

В кабинете декана я села на стул, глядя в пол. Я не могла поднять глаза, не хотела видеть его осуждающий взгляд.

– Вы понимаете серьезность ситуации? – спросил он, сев за стол.

Я кивнула, все еще не поднимая глаз.

– Эти фотографии… неприемлемы. Они порочат не только вашу репутацию, но и репутацию всего университета. Сайт взломали уже во второй раз за этот год.

– Я не имею к этому никакого отношения, – тихо сказала я. – Это сделал кто-то другой.

– Но на них изображены вы, – он вздохнул. – С двумя… мужчинами. Это правда?

Я молчала. Что я могла ответить? Да, это правда. Я спала с двумя парнями. С двумя парнями, которых, как мне казалось, любила.

– Ваше молчание красноречивее слов, – заметил декан. – Учитывая ваши академические успехи, я не стану исключать вас. Но я вынужден объявить вам строгий выговор. И если подобное повторится… Я считаю, что для девушки с вашим умом и способностями можно найти более достойную работу.

Он решил, что я проститутка? Резко вскинула голову, чувствуя, как лицо заливается краской.