Двойной удар. Трофей для чемпионов

Хочу спросить, что происходит, почему он рядом, почему вокруг нас полумрак, но во рту сухо, голова раскалывается от боли, все тело ломит, я даже не могу понять сразу, где мы. Нет сил сопротивляться, ложусь, закрываю глаза, чувствую за спиной движение.

Там Гор, мне даже не надо поворачиваться, чтобы проверить свою догадку. Вот почему я не паникую – их двое, они рядом, они не обидят и спасут. Мой мозг так воспринимает безопасность, так говорила психолог, к которому я ходила два года.

– Что случилось? – спрашиваю шепотом, не открывая глаз, не хочу этого делать.

– У тебя жар. И кошмары. Давно мучают?

Давно? О, да, прилично, есть из-за чего, я считаю. Но я так не хочу отвечать и тем более рассказывать все, что произошло, я хочу забыть, я учусь с этим жить, уговаривая себя, что таких, как я, жертв насилия миллионы, и мы должны быть сильными.

Но без братьев у меня не получается.

– Помолчи, пожалуйста… давай… давай просто полежим.

Горло режет, но я говорю, прижимаясь к Роману плотнее, он обнимает меня, утыкается губами в макушку, почти целует, а у меня по венам вместо страха разливается тепло.

Сзади Гор кладет тяжелую руку мне на бедро, я понимаю, что лежу между двух парней в одних трусиках и топике, но мне все равно, нет сил думать.

Мне бы надо оттолкнуть их, наорать, сказать, чтобы проваливали, что я не позволю себя использовать снова, но пусть пока вот эта слабость будет вызвана ангиной и температурой. Я не хочу, я устала, я все это скажу им завтра, потому что моя память начала проясняться, складывая, как сложный пазл, в одну картинку то, что происходило три недели назад.

Но как же хорошо вот так лежать.

– Надо выпить лекарства.

– Ты противный, ты знаешь?

– Да, Гор все время говорит об этом.

Спустя несколько минут, когда я уже практически задремала, Ром все равно меня будит, нежно расталкивая, как маленькую девочку, заставляя открыть глаза и подчиниться.

– Ну, хорошо, – принимаю сидячее положение, открыв глаза, картинка нечеткая, но, когда ловлю фокус, цепляюсь взглядом за мой короткий черный халатик, висящий на ширме, которая стоит около двери.

– Да, пришлось, здесь слишком маленькие кровати.

Тру лицо, убирая волосы, они реально, мне это не мерещится, сдвинули три кровати вместе, присоединив две своих к моей. Мне в руку впихивают стакан с желтой жидкостью, он теплый, еще таблетку вкладывают в другую ладонь.

– Вообще-то, это я должна вас лечить, а не вы меня.

– Мы не лечим, мы делаем так, чтобы тебе не стало хуже.