Тихоня для мажоров

Я не понимаю, что произошло, а главное, прихожу в себя. В моей голове роится множество самых нецензурных речей, потому что я, мать его, чуть не трахнул жену брата.

— Мне нельзя, — оправдывается Юля и виновато опускает взгляд.

— Уходи, — говорю я.

Она стоит, не шевелиться. Не собирается уходить и продолжает стоять на месте.

— Уходи, твою мать! — кричу я и впечатываю кулак о стену, сбивая кожу на костяшках до крови.

Я слышу, как стучит дверь и позволяю себе ударить по стене еще раз. Только после этого я, наконец, прихожу в себя.

Возбуждение проходит, а на смену ему приходит осознание совершенного мною поступка. Я выхожу из женского туалета, захожу в мужской, подхожу к раковине, упираю в поверхность из камня руками и пытаюсь прийти в себя.

Пятна крови стекают на пол, и я подкладываю руку под холодные струи воды, смотря на то, как в раковину стекает красная жидкость. Слышу рядом с собой шорох, а затем и вопрос:

— Ты в порядке, Егор? Что-то случилось?

Я поднимаю голову и смотрю на Артема сквозь зеркало.

Перекрываю воду, беру с его рук бумажное полотенце, прикладываю его к руке и говорю, все так же смотря на брата сквозь зеркало:

— Случилось. Я чуть не трахнул твою жену.

— Вам кофе с сахаром? — спрашивает официантка в кафе.

— Нет, — бросаю и жду свой заказ.

Я уехал сразу после инцидента на крестинах и вот уже почти два месяца живу в другом городе. У меня здесь ни работы, ни знакомств, зато тут вкусный кофе. Горький настолько, что я сразу забываю обо всех проблемах, постигших меня на пути.

Я ожидал от Артема всего, чего угодно, но не того, что он спокойно закрыл на все глаза и отпустил меня. Сказал, что поддерживает мое решение переехать. В последнее время мы созваниваемся несколько раз в месяц и этого достаточно, чтобы поддержать нормальные братские отношения. Я не спрашиваю о ребенке и о Юле, хотя та часть меня, которая все еще помнит их, отчаянно хочет, чтобы сын был моим. Чтобы Юля настояла на тесте ДНК и сказала, что не может лишить ребенка отца.

— Вот, пожалуйста, — девушка кладет на столик кофе и уходит, а я достаю из кармана вибрирующий телефон и вижу на экране имя брата.

Он звонил пару дней назад и делать это снова я не вижу смысла, но все же отвечаю, потому что может что-то случиться.

— Привет. Егор, нам нужно увидеться, — говорит Артем, чем напрягает меня.

— Кое-что случилось, — уклончиво говорит он. — Скажешь, куда ты поехал?

Сквозь зубы называю ему адрес и уже знаю, что разговор будет не из приятных.