Тихоня для мажоров

Раньше у нее это получалось. Задавить ответственностью, сыграть на чувстве вины. Но не сейчас. Я удивляюсь, что она вообще знает о существовании другой Юли и о том, что мы перепутали. По сути, об этом знает только я и Артем. Кроме нас… задумываюсь, вспоминая, как мне позвонила мама с просьбой прийти, чтобы поговорить. А потом оказалось, что Юля сбежала.

Я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться и говорю:

— Ты знала, да? Знала, что она беременна, что Артем и я… мы к ней неравнодушны. И перевела ее тайно тоже ты, — догадка как-то резко осеняет меня.

Становится неприятно и горько на душе. Все же эта женщина, стойко держащая передо мной лицо — моя мать. И она сделала все, что можно было, лишь бы избавить нас от женщины, которая нравилась нам, но не подходила ей. Потому что внешность не та, характер не подходящий, связей нет, да и выгоды, я так понимаю, Маргарита Мерин не получит с такого брака.

— Егор, давай не будем торопиться с выводами, — спокойно говорит мать. — Я перевела Юлю с повышением, потому что она отлично работала, показывала хорошие результаты на должности руководителя.

Я решила ее повысить, да и Юля была не против переехать, так что…

— Так что одним выстрелом двух зайцев, да? И ненавистную тебе невестку, и соперницу Юли. Ты как узнала, что мы с ней время провели?

— Егор, здесь нет ничего, чего бы я не знала, поэтому не вижу причин для паники. Это никак не повлияло на решение о переводе.

Я закрываю глаза и медленно разворачиваюсь от матери. Стараюсь взять себя в руки, но не выходит.

Не выходит, блядь, потому что слишком все складно. Я верю, что Юля захотела уйти, потому что мы были не правы, знаю это, но помогла ей скрыться моя мать. А потом подложила Юлю. Я ударяю кулаком в стол, чтобы хоть как-то заглушить боль, рвущуюся изнутри.

— Хватит, мама. Артема выписывают завтра, поэтому давай оставим все это до лучших времен. Я сразу сказал, что у нас с Юлечкой никаких отношений не будет и свадьбу я с ней не планирую. Если вдруг ты там что-то наобещала ее отцу и ей, что ж, мне очень жаль, потому что я не собираюсь жениться на ней.

Разворачиваюсь и иду к выходу, но на полпути меня останавливает голос матери:

— Она беременна, Егор.

Охуительная, блять, новость.

— Отлично. Сдадим анализы, узнаем, кто отец и можно будет исходя из этого решать, что делать дальше. Но повторюсь, свадьбы не будет.

Я толкаю дверь и, не обращая внимания на мамино требование остановиться, выхожу из кабинета. Плевать на все, что она говорит.