Дитя другого мира.

Ряд бессвязных картинок мелькал перед глазами, от чего начинала болеть голова!

Я видела, как его послали на войну в самое пекло, как он сражался убивая себе подобных, как еле живой выползал из свалки трупов, и снова оставался один до следующей войны. Голова шла кругом! Ужасающие картинки сменяли одна другую. Я видела всю его жизнь! В ней не было ничего хорошего! Совсем ничего!

От такого количества информации и от всех увиденных событий боль в голове усиливалась с каждой картинкой всё сильнее, из глаз точно текли слёзы, я их чувствовала.

Смена картины… И тут он пролетает над лесом и видит что-то необычное, светящееся, его сердце впервые залило теплом… Вот он пробрался сквозь ветки, и увидел меня. Почему-то я светилась… Смена картины… Я сижу около раненого Аратариона, и вся свечусь ещё сильнее. Снова всё меняется, он просыпается и видит меня в углу своей комнаты… Я снова свечусь… Так вот почему он называет меня солнцем!

Открываю глаза, всё ещё темно. Протянув руки нашла его лицо, и притянув к себе поцеловала. Он неуверенно прижал меня к себе, отвечая на поцелуй. Правой руке стало тепло, что-то явно происходило. Разорвав поцелуй, открыла глаза и поняла, что мы больше не в темноте.

Увидев нас, жрец ахнул, и удивлённо захлопал глазками."

"— «Интересно, чего он ожидал? Да, соглашусь, процедура не из приятных, голова до сих пор болит.» — Посмотрела на Никона. — «Если я видела его жизнь получается… Да ну нафиг… Он всё видел!!! Божички!!! Как стыдно то!!! В его прошлом не было ни одной девушки! А вот у меня…, и он получается знает кто я.»

Посмотрела на свои руки, и поняла почему почувствовала тепло. На правой руке появилось кольцо с большим серебристым камнем, от которого расползалась странная татуировка. То ли птицы, то ли ещё что, не понимаю пока.

— Ну вот! Меня снова клеймили. — Сама не заметила, как сказала это вслух.

— Араван благословил ваш союз! — заторможено произнёс жрец, смотря на нас.

Осмотрела принца, и тот поняв, что я ищу расстегнул жилет, показывая не менее странное тату в области сердца, и массивную печатку с розовым камнем. — «Нужно будет потом расспросить его об этом.»

Попрощавшись с жрецом, он подхватил меня на руки, и взлетев вверх покинул храм через открытую арку, устроенную прямо под крышей. — «Интересно, почему мы входили через двери?»

— Никон, сколько времени прошло? — спросила я, боясь того, что мы опоздали.

— Виктория, прошло не более десяти минут для всего мира. Это мы с тобой на время выпали из реальности.