Наше лучшее детство

За партой обычно сидели два ученика (со мной на протяжении четырех лет будет сидеть Наташа Зимелева), которые попеременно макали «перья» в чернильницу и писали в тетрадках. В Интернете я вычитал, что в некоторых школах (но только не в Москве) при дефиците чернил одна чернильница полагалась на две парты, поэтому некоторые ученики вынуждены были оборачиваться назад и макать свои «перья» в чернильницу, которая стояла на соседней парте.

А вот что еще пишут во «всемирной паутине» на эту тему: «Обращение с перьевой ручкой требовало особой аккуратности. Ее непременными спутниками были чернильница, кляксы, промокашки. Осторожно макнул ручку в чернильницу, следя, чтобы на пере осталось немного чернил, иначе в тетради можно поставить кляксу. Нажим при письме должен быть не очень сильный и одинаковый – только тогда перо оставляет тонкую красивую линию. Нажмешь очень сильно – испортишь перышко. Две его половинки разойдутся, и перо можно только выбросить. Поэтому сходить «купить перышки» для школьников в 50-60-е годы XX века было обычным делом. За один раз удавалось написать одно-два слова, потом снова надо макать ручку в чернильницу. Неудобно? Зато использование таких письменных принадлежностей делало возможным знакомство с основами каллиграфии с самого начала обучения письму, а далее – совершенствовать навыки».

Alex_02: «Я застал еще то время, когда в школах писали перьевыми ручками. Ручки были деревянными, разных цветов, с металлическими держателями для писчих перышек (эти перышки продавались по две штуки за копейку). Шикарными считались «взрослые» ручки из цветного стекла. У меня были две такие – из желтого и голубого стекла. Ручки макали перышками в чернильницы-непроливашки (опрокинется такая – чернила не разольются; они, к слову, отстирывались плохо).

Школьная парта имела покатую поверхность с двумя откидывающимися досками с нижнего края, чтобы удобнее было класть и доставать портфели с полки, разделенной пополам на двоих, под крышкой. Для чернильниц и ручек в верхней части парты (не покатой, узкой горизонтальной) были три углубления: в центре – круглое для общей чернильницы, и справа и слева от него – по продолговатому для ручек. Углубления не позволяли ручкам и чернильнице скатываться.

Руки у нас постоянно были в чернилах. В чернилах были и парты, на них с удовольствием рисовали и писали, что запрещалось, конечно. Время от времени нас за эти изрисованные парты ругали и заставляли их мыть после уроков. Отмывались они, надо сказать, с трудом.