Во власти Деспота

Когда я не понимаю, что происходит, это очень давит на нервы.

В клинику мы съездили в прошлом месяце, где меня уверили, что никакой опасности нет и беременность протекает нормально. Мире я звоню часто. Интересуюсь ее самочувствием. Один раз даже махнул рукой на все и вывез ее погулять в парк. Разговор неожиданно для меня самого был наполнен весельем и лёгкостью. Все же с Мирой я ощущаю себя так, как ни с одной женщиной раньше. Но просто так перешагнуть через то, что она сделала, я не могу. Мы словно на разных берегах одной реки. А течение слишком стремительное.

Решив, что лучше нам видеться нечасто и при свидетелях, я просто приезжал домой к Ковалю, каждый раз наплевав на бешеную волну негатива, устремлённого в мою сторону. Но открытых конфронтаций пока удавалось избежать. Алексей вынужденно молчал, если не считать скупого приветствия в мою сторону.

И я почти всегда лично вожу Миру к врачу, потому что точно хочу знать, как протекает беременность. И самое главное: сейчас девушке нельзя нервничать.

Каждый раз, когда наталкивался на ее взгляд, видел в нем что-то необъяснимое. Печаль – самое первое, что приходит в голову. Она смотрела с сожалением. И тоской. Да, мне бы хотелось знать, что она по мне тоскует, потому что я теперь о ней думаю постоянно. И ничего с этим поделать невозможно.

– Ты наверное устал с работы.

За все время с момента встречи с Мирой на парковке с Лией мы виделись два раза. И второй – как раз сейчас.

Разуваюсь и отодвигаю ботинки к стене. Пытаясь избежать нежеланного поцелуя, отворачиваюсь, и Лия слегка скользит губами по моей щеке.

Аккуратно снимаю ладошку с талии и прохожу на кухню, подбирая слова. Подобные шокирующие новости необходимо сообщать лично.

– Мариииб, ты так задумчив сегодня.

Я ещё в прошлый раз хотел ей сказать, что ничего у нас уже не получится и пора заканчивать. Но неожиданный звонок застал меня врасплох, и пришлось поменять планы. Я уехал, оставив все как есть ещё на некоторое время. Дальше откладывать не хочу.

– Лия. Я приехал поговорить. У меня ребёнок скоро родится, – произношу четко, не отводя взгляда. Внимательно слежу за выражением лица девушки.

Ожидая взрыва, смело смотрю ей в глаза. Ей понадобилось некоторое время на осознание.

Она скрещивает руки на груди и вызывающе вскидывает подбородок.

– Но я думала… – ее голос растерян, да это и объяснимо. Вряд ли бы на ее месте кто-то обрадовался и пожелал мне счастья. Скорее, гореть в аду. Вечно.