Во власти Деспота

Сердце мое делает кульбит.

Мариб стоит, скрестив руки на груди, облокачиваясь о капот, и буравит меня пристальным взглядом.

А я замираю, слыша глухой стук под ногами.

Это витамины выпали из одеревеневших пальцев. Я сдавленно выдыхаю, шепотом трепетно произнося его имя – так, что даже я сама себя не услышала.

Мужчина переводит взгляд в сторону и слегка кивает головой. Я резко оборачиваюсь и успеваю отметить короткое ответное приветствие отца.

Папа приближается и поднимает содержимое пакета, складывая все внутрь. Неприятное чувство пульсирует внутри.

– Я же просила тебя не лезть, – не в силах сдержать эмоционального порыва, тихо возмущаюсь.

– Если ты думаешь, – отвечает, выпрямляясь, – что он здесь, потому что я попросил, то ты слишком плохо его знаешь.

Да. Конечно. Я знаю Мариба достаточно хорошо. Если он приехал, то его на это толкнуло собственное желание.

Поднимаю глаза. Взгляд Мариба устремлён на мой живот. Губы плотно сжаты в тонкую линию. От привычных теплых глубоководных омутов теперь остались лишь холодные осколки льда.

Но я все равно с трепетом любуюсь им, не в силах ничего с собой поделать. Я так по нему соскучилась, аж сердце болит. От этого чувства не помогают отделаться даже воспоминания, где он целует другую.

Мариб отталкивается бёдрами и медленно приближается, а каждый его шаг отдаётся ноющей болью где-то глубоко внутри.

Он останавливается прямо передо мной, и мне приходится немного задрать голову, чтобы видеть его лицо. Спокойное. Расслабленное. И только я знаю, что Мариб всеми силами сдерживает бушующую внутри ярость.

Следующее короткое замечание хлещет, оставляя след:

– Поехали прокатимся.

Ни слова приветствия. Ни единого проблеска былых чувств. Совсем ничего.

Он не бросил на меня даже взгляда, когда помогал усесться в машину.

Мы трогаемся с места, а в машине воцаряется тягостное молчание. Мне очень сложно находиться рядом с этим мужчиной. Сердце пропускает удар за ударом, но надежды внутри него нет.

– Как тебя пропустили на парковку? Это, кажется, закрытая территория.

Не могу больше молчать. И не могу завести серьёзный разговор. Духу не хватает.

– Не поверишь. Она моя. Как и ещё две парковки в ближайших домах. Я участвовал в строительстве.

Я прикусываю язык в отчаянии. Как мало мы знаем друг о друге.

– Расскажи, как твоё самочувствие, какой срок, что врачи говорят. Когда роды планируются?

Я ошарашенно поворачиваю голову в его сторону.