Подкидыш для депутата. Выбор сердца

К слову, Катя совсем не выглядит удивленной его «воскрешением». Врала, значит, мне.

Мужик, которого, если я не ошибаюсь, зовут Алексеем, мельком заглядывает в бумаги — и разбирается в них гораздо быстрее, чем его жена. Безусловно, подонок своего упустить не может.

— Дмитрий Николаевич, — с неестественной улыбкой тянет он.

Невольно дергаюсь. От мерзкого, подобострастного тона, от распростертых рук и преувеличенно доброжелательной морды. И еще от того, что Кобылин узнал меня.

Конечно! Ведь он лично участвовал в реализации плана моего уничтожения.

И Катю ко мне в постель отправил.

Приближаюсь к грани. Чувствую, что не могу держать себя в руках. Еще одно слово из этого вонючего рта и…

— Я знал, что вы нам поможете, — не может он угомонить свое лицемерие. — Ваша поддержка весьма кстати для нашей семьи!

Для нашей семьи, мать вашу?

Впервые в жизни срываюсь. Будто со стороны, наблюдаю, как мой кулак летит в отвратительную морду Кобылина.

Веду себя как психопат в стадии обострения, ревнивый и неуправляемый.

Плевать, как это выглядит и что обо мне могут подумать.

Получаю какое-то больное удовольствие, разбивая Кобылину нос и слыша хруст хрящей. Тут же хватаю мужика за грудки, не позволяя ему упасть или осесть на пол. Хочу видеть его рожу и знать, что он меня услышал.

— Я все знаю о вашей грязной игре против меня, — рычу свирепо. — И если бабу не трону, — кивком указываю на его жену. — То ты, тварь, — встряхиваю сильно, — бойся!

Кобылин лихорадочно машет головой. Вверх-вниз, в стороны. Он такой мерзкий, трусливый, слизкий, как червь.

Что Екатерина вообще нашла в нем? Бляха, как представлю их вместе…

— Не надо, — всхлипывает Катя.

Ее фраза бьет больно. Девушка на защиту мужа стала? Хотя чего я ожидал?

Отпускаю урода, который все же является полноправным хозяином. Не только этого дома, но и… Екатерины, как бы противно мне не было осознавать это и принимать. Я же вторгся на его территорию. Пора успокоиться и откланяться. Я здесь явно лишний.

И нет. Несмотря на угрозы, мстить им двоим я не собираюсь.

Пока что…

— Дима, мне ничего не нужно! — обреченно вскрикивает Катя. — Мне… Я… — лепечет сбивчиво и протяжно выдыхает.

Смотрит на меня, будто зверек запуганный. Хлопает длинными ресницами, закусывает губу. Каждый ее жест, каждое движение, каждое слово… Все это слишком… отвлекает.

На мужа своего, который в данную минуту усиленно стирает кровь из-под носа, Катя даже внимания не обращает. Странные у них отношения. Впрочем, они меня больше не касаются.