Проект Деметра

Надо же ей было получить ранение!

С другой стороны, кто застрахован? Она не железная леди из комиксов для малолеток.

Эра вылетела из дома, прошла мимо мужчины на улицу, выискивая дерево повыше и, наткнулась на просительницу, совсем забыв о ней.

Сегодня женщина улыбалась светло и ласково, глаза лучились счастьем. Она поклонилась Эре в пояс и та попятилась. Стало душно, дурно. Рванула ворот куртки у горла, а взгляд к одному прилип – рядом с женщиной, обнимая ее, стоял вчерашний доходяжка. Все та же катастрофическая худоба, все тоже лицо, волосы.

Но ребенок улыбался робко и чуть растерянно, поглядывал дичась. И крутил головой, глядя то на мать, то на девушку.

Эра своим глазам не верила. Не может быть. По всем законам мироздания мертвый не может стать живым.

Но паренек стоял, обнимал мать и смотрел на Ведовскую.

Та пошатнулась и отступила на шаг назад, еще шаг и наткнулась на Майльфольма. Мужчина неприветливо смотрел на гостью.

– Я же сказал – даже не появляйся, – процедил женщине.

Она замялась, робея. Поспешила поставить корзину на траву перед Эрой, от чего та отшатнулась и впечаталась в мужчину.

– Благодарю, светлая. Жизнь ты нам вернула. Славить до конца дней рода будем. Поклонись сынок.

Мальчик как любой нормальный здоровый ребенок отвесил поклон и опять прилип к матери.

Эра не выдержала. Протиснулась мимо Майльфольма и тыном, и стекла по забору на траву.

Тихо было на душе. И страшно.

Эрика сталкивалась со многим. Но с чужим, вполне объяснимым с точки зрения логики, физики, космологии, тактики.

Да просто имело разумное объяснение. Но как объяснить произошедшее сейчас, произошедшее с ней, вернее с мальчиком за счет нее. Какой закон, какой науки внятно разжует ей то, что паренек не только встал, но и с виду не имеет проблем ни с позвоночником, ни с мозгом? Какой профиль медицины расставит все точки над "и", четко и точно разложив механизм возрождения фактически мертвеца?

Девушка уставилась на свои ладони. От царапин остались еле заметные следы.

Нормально, учитывая, что всего три дня прошло. Но больше ничего – обычные нормальные ладони, сеть рисунка линий не ворожит, пальцы не светятся.

Эра уставилась на присевшего перед ней Майльфольм.

– Это твое право по рождению.

Девушка в упор уставилась на него:

– Как твое – быть стражем?

– Бред, – отвернулась. Ей вспомнилась косуля, изуродованное лицо мужчины… Теперь оно было чистое, с ровной кожей без единого признака увечий.