Проект Деметра

А перед глазами встал Эрлан. И пусть ей даже всего три дня отмеряно – она проведет их с ним, что еще нужно?

– Пора встречать, – заявил Таш, бесцеремонно поднимая Эрлана с постели буквально за шиворот, и тем, вырывая его из боли от раны и еще большей боли от тоски.

Как все закончилось, расклеился он. Лири перевез его в Тоудер, а душу словно там, на поляне оставил, а может и вовсе, вместе с Эйорикой Дейндерт забрал.

Вот место себе найти и не может – недужит и недужит. То ли лихорадку поймал, то ли с ума сошел, только везде Эя блазнится.

Глаза закрывал, и казалось, слышит, как она рядом сопит. Открывал, и казалось, видел, как она склоняется к нему, трется носом о нос с лукавой улыбкой…

– Кого встречать, – прохрипел – в горле третий день саднило – спасибо Эберхайму, устроил разрядку – диалог под проливным дождем. Душеспаситель, мать его!

И вздохнул – ну, вот – ребят нет, а их словечки остались да прилипли к нему.

И поморщился от прилетевшей в лицо рубашки.

– Будущую мать своих детей, встречать, – подпихнул его в мытню Таш, и глянул на поднявшегося Лири: сел и замер – мы сами разберемся.

– Что тебе в голову пришло? – просипел Эрлан, умываясь.

– Ворона на хвосте принесла…

– Которую зовут Этан…

– Что вскоре появится весьма перспективная партия для тебя…

– … но она забыла, что я женат, – придержал анжилон союза, натягивая рубаху.

– Я не женат, – хохотнул Таш.

– А, в сваты берешь, – пошатываясь, выполз из мытни, прислонился к косяку.

– Ну, на тебя, такого "красивого" точно никто не позарится.

– Расстроен донельзя, – буркнул равнодушно.

– Может быть, а может нет. Пока ты здесь в лихорадке от тоски-кручины сгораешь, к Робергану свалилось четыре подарка. Без тебя ему не разобраться – сюда везет.

Эрлан головой качнул – интересная сказка. Для детей. А он мальчик взрослый.

– Лет всегда все сам решает.

– Не на этот раз, – вытолкал вялого от температуры Лой в коридор, протащил по лестнице вниз, во двор, куда уже въезжали конные и телега.

Эрлан потер глаза ладонью, подумав, что от болезни или ослеп или видится, чего нет.

Первым конным был лет – и лыбился, как будто солнце в рот попало. А за ним три знакомые физиономии мужчин. Один зубочистку жует, с насмешкой поглядывая на Эрлана. Второй голову чуть на бок склонил и улыбается, словно смущен, а третий смотрит в упор и будто спрашивает: не понял, ты не рад, что ли?

Эрлана качнуло, головой замотал, и лицо потер – опять уставился.