Проект Деметра

Она поняла, увидела, почувствовала и захотелось прижаться к нему, обнять и рассказать все, услышать "глупость все это", "неправда, Эя", и забыть, зачеркнуть все что встало меж ними… Но можно ли верить словам предателя, который специально привел ничего неподозревающих светлых в мирный город уже зная что их убьют, а Морент сравняют с землей? Можно ли верить тому, кто убивал ради этого и претворялся, что люди гибнут от руки другого? Можно ли оправдывать и доверять тому, кто не гнушается ничем, чтобы добиться цели? Тому, кто наплевал на убитых отца и мать, братика и невесту, верно служит их палачу?

Насколько далеко может уйти человек от маньяка, если живет с ним, общается постоянно двадцать лет?

И был бы Эрлан глуп и туп, слеп – она бы поверила, что он всего лишь пешка, и сам не в курсе, что им руководят, его руками убивают, его молитвами заманивают в капкан, готовят новые смерти.

Но он был умен, опытен, прозорлив. И значит – знал, значит шел сознательно.

Эру перевернуло и хотелось заорать, но она не шелохнулась.

Прерывисто дыша в упор смотрела на мужчину и тот бледнел, тревожась все сильней. Вскочил и перелил настой в удобную посудину. Приподнял осторожно голову Эрике и выпоил.

Глаза закрыла. А в душе царила буря и грудь все чаще вздымалась. И пальцы мяли ткань одеяла.

Лой встревожено обвел взглядом комнату, пытаясь понять что происходит, найти причину. Боль? Да, она билась в ней и это было ощутимо, но боль была не только физической – что-то за завесой плотной, вставшей меж ним и Эрикой в какой-то миг и непонятно почему, словно билось в истерике.

Вейнер видел, что что-то происходит, но в толк взять не мог. Ему показалось, что брат и Эра вели незримый и не слышимый диалог, и он был резким, хлестким, неприятным. Причем со стороны Эрики.

И сразу вспомнилось – "Эрлан убил тихо". Неужели они с ребятами не правильно поняли ее и смысл был прямым, не прятался – Эрлан столкнул Эру со скалы, хотел убить. Подумать – бред, но глядя на лица и в глаза пары, иного в ум не приходило.

Сердце Вейнеро сжало как латами, закрывая эмоции, как не нужные вещи в кладовке, и стало холодно и жестко на душе. Он пытливо уставился на брата и видел, как тот мечется в непонимании, пытается найти ответы на массу вопросов сразу. Как обеспокоен и даже испуган. С чего вдруг?

– Эра, позвать Самера? – склонился к ней и взглядом дал понять – он сможет тебя услышать, если есть что сказать.

– Нет! – тут же отрезал Эрлан.