Дело гастронома № 1

Довольный тем, что и сегодня все прошло по установленному им несколько лет назад ритуалу, Беркутов направился к себе в кабинет. За ним удалилась и «свита короля», Зоя и Лида. Гастроном загудел, бойко затрещали кассовые аппараты.

Боков, неловко свернувшись калачиком, спал в кресле, Скачко, вытянувшись во весь рост, посапывал на диване. Затрещали часы-будильник на руке Бокова, он открыл глаза, поморщился, потянулся, зевнул и сел. Но полковник от этого верещания не проснулся. Боков поднялся, подошел к дивану, поднес будильник поближе к уху Скачко и включил его.

Тот заверещал снова, но полковник, не открывая глаз, прорычал:

Боков пожал плечами и выключил будильник. Но грубость полковника его задела.

– У твоей жены день рождения! Мне-то лично все равно!

Полковник тут же подскочил как ошпаренный, сел на диване, протер рукой лоб, взглянул на часы.

– Черт! У нее же первая пара! Где телефон?

– Перед тобой, где ж еще! – меланхолично заметил Боков.

Скачко лихорадочно стал набирать домашний номер и, обернувшись к подчиненному, бросил:

– Ну извини, не дуйся! Давай помогай! Что я должен ей сказать?! Давай, давай, а то я еще сплю! – потребовал он.

И опустил трубку.

– Скажи, что тебя оставили на дежурстве…

– Нет! Сначала надо поздравить, про дежурство в конце! Как вообще любимых жен поздравляют?!

Боков вспомнил, что уже несколько раз рассказывал шефу про свои отношения с бывшей женой, хотел было промолчать, но все же ответил:

– Повторяю… Я давно развелся…

Скачко недовольно нахмурился:

– Тогда вспомни, как это делалось до развода! Для меня это очень важно! Ну, говори! Последний шанс! – настаивал Скачко и снова принялся накручивать диск.

Боков наморщил лоб.

– Скажи: «Птенчик мой, с днем рождения!»

– Какой, к черту, птенчик?! Она мастер спорта по волейболу! Я потому и влюбился! Классно рубилась на первой линии! Думай, Боков, думай!.. Все, пошел вызов! Ну?!

Полковника, конечно, было жалко. Надо же, железный мужик, а тут вдруг психанул. Такого прежде за ним не водилось. Но все это порядком надоело Бокову, тем более что никакой вины он за собой не чувствовал.

И тут он разразился:

– Скажи: я думаю о тебе каждую секунду! И счастлив лишь потому, что ты однажды ворвалась в мою жизнь, как удар с задней линии! Если ты не вернешься ко мне, я умру, ибо ты единственная, кто в силах сделать меня счастливым! Я люблю тебя! Я схожу с ума от любви к тебе! Я умираю без тебя!

Боков не просто завелся. Произнося эти слова, он представил себе ту, которую он некогда любил.