Дело гастронома № 1

Она была в таком же бело-синем костюмчике, как и все сотрудники гастронома. Увидев мужа, бросилась к нему, слезы брызнули из глаз. Он обнял жену.

– Ну хватит, хватит! Что мокроту-то разводить?! Вроде бы никто еще не умер, – с напускной сердитостью выговорил он и покосился на Зою. Та мило, но не без иронии улыбнулась и вышла из кабинета. Беркутов с женой остались вдвоем.

– Надеюсь, в твоем сейфе валюты нет? – усмехнулся он.

Она испуганно и возмущенно всплеснула руками, потом взглянула на семейный портрет Анилиных, стоявший на столе Веры Петровны: супруги, такие счастливые, на фоне Эйфелевой башни.

И по щекам Лиды снова поползли слезы.

Полковник Скачко и Вера Петровна сидели друг против друга в следственной камере. Несколько минут оба молчали.

– Вы же знали, что ваш муж ворует? – нарушив молчание, спросил Скачко.

– Да, знала, – ответила она и вздохнула.

Скачко покачал головой:

– Почему же не остановили?! Или каждая новая тысяча долларов наполняла вас гордостью? Я спрашиваю без протокола, мне просто интересно.

Анилина покраснела, опустила голову, задумалась.

В памяти ее всплыл недавний эпизод. По программе «Время» показывали репортаж о похоронах секретаря ЦК КПСС по идеологии Михаила Суслова. Вера Петровна смотрела этот мрачный спектакль в гостиной, пила чай, когда туда вошел муж. Он взглянул на экран, и его лицо так и просияло от радости. Вера Петровна нахмурилась.

– Старый хрыч умер, серый кардинал, мать твою! – выругался муж.

Жена скривилась, укоризненно покачала головой.

– Ну зачем ты так? О покойниках плохо не принято…

– Перестань! Сколько людей сгнобил, идеолог хренов!

– Ну, хватит! Дети еще не спят, – оборвала она мужа.

Анилин плеснул из графина виски, отпил глоток, потом пошел на кухню, но тут же вернулся и бросил на стол пачку долларов.

– Положи туда же! Здесь пять тысяч!

Анилина не шелохнулась, продолжая смотреть хронику похорон. Пачка оставалась лежать на столе.

– Убери! Выбежит кто из ребят, ни к чему это!

– Я хочу, чтоб ты забрал деньги из сейфа! – категорично заявила она ему.

 – Ты же обещал! Сказал временно, на месяц, а уже полгода прошло! Это мой служебный сейф!

– Вот и хорошо! Под охраной Лени Б. оно надежнее! – не сдержался Анилин, засмеялся и махнул еще виски. – За упокой грешной души!

– Даю тебе две недели!

– И что потом? Выбросишь на помойку? – снова рассмеялся он.

– Выброшу на помойку! – твердо объявила она.

Муж, сощурившись, зло смотрел на нее.