Дрожь

Она направляет винтовку на мое колено. На мое здоровое колено. И только мысль о травме и этой ноги заставляет меня встать. Если что-то случится со второй ногой, я отсюда не выберусь.

Кертис сидит, ни на что не реагируя, словно в ступоре. Брент подхватывает его под мышки и поднимает на ноги. Одетта пятится в коридор, потом отходит подальше в сторону. Мы выходим, один за другим. Я замечаю, что она слегка подтягивает одну ногу – левую. Это единственное заметное последствие ее травмы.

Она указывает на главный вход.

– Идите.

Я бросаю взгляд на Кертиса и Брента. Стоит ли нам попробовать скрутить эту сумасшедшую? Но даже один выстрел смертельно опасен, а сколько выстрелов Одетта успеет сделать, пока мы успеем до нее добраться? В биатлоне она должна была научиться сохранять спокойствие в любой ситуации. Слишком большой риск для нас.

Брент идет первым.

– Куда она нас ведет? – шепчу я.

– Молчать! – рявкает Одетта.

Я смотрю сквозь стеклянную вставку в двери – за ней все белым бело. Я пытаюсь поймать взгляд Кертиса, но он ушел в себя, все еще пытается осознать, что сделал с Саскией, а я не хочу, чтобы он из-за меня получил пулю. В любом случае у нас больше шансов сбежать от Одетты на улице, чем здесь, в здании. Здесь мы в ловушке.

– Снимайте куртки, – приказывает Одетта.

Это умный ход. Чем сильнее мы замерзнем, тем более сговорчивыми будем. Я вынимаю руки в перчатках из рукавов, и куртка падает на пол. Я надеюсь, что Одетта не прикажет мне также снять очки и перчатки.

Брент собирается взять свои сноубордические ботинки.

– Нет, – говорит Одетта. – Иди так.

Я мысленно чертыхаюсь – на нем сильно поношенные ботинки от DС, где в одном месте у носка проглядывает палец. Он толкает дверь, и внутрь влетают снежинки. Я опускаю очки на глаза и выхожу вслед за ним. Теперь идет сильный снег. Ветер кружит снежинки, туча опустилась ниже, вокруг белая мгла. Я даже не вижу скалы. О том, где они, можно судить только по канатному ограждению, которое местами тоже уже занесено снегом.

Это может сработать в нашу пользу. Если Одетта не будет нас видеть, то у нее не получится и пристрелить нас.

У наружной стены здания стоят длинные узкие лыжи и палки. Одетта тянется к ним, не спуская с нас глаз. Мы стоим, почти прижавшись друг к другу, пока она пристегивает крепления. Зубы у меня уже стучат. Я бросаю взгляд на Кертиса и Брента. Нам стоит попробовать сбежать? Но куда? И как далеко я смогу убежать со своим коленом?

Кертис смотрит в белую мглу.