Дрожь

Есть только один шаг, который логически может быть следующим, больше я ничего придумать не могу. Я наклоняюсь к ней и целую. Я чувствую, как она удивлена. Вначале она слегка дергается, но потом отвечает на поцелуй.

Я лечу по воздуху, и у меня под ногами пустота. Ощущения такие же, как когда не рассчитаешь прыжок. В животе все точно так же переворачивается. Я думала, что Саския отпрянет. Вместо этого она поднимает игру на совершенно новый уровень."

"Я никогда раньше не целовалась с девушкой. Не так. Губы у нее гораздо мягче, чем у Брента, да и целуется она совсем по-другому. Но она же с Одеттой. Она должна будет прекратить это до меня.

Хотя разве она когда-нибудь от чего-нибудь отказывалась?

Сквозь ресницы я вижу ее голубые глаза, такие же, как у ее брата, и эти глаза изучают меня. Я толкаю ее на кровать и целую сильнее. Она расстегивает мою куртку, я расстегиваю ее куртку и снимаю с нее свитер через голову.

Она смеется и раздевает меня до бюстгальтера.

– Давай теперь ты. – Она показывает на молнию на своем топе.

Моя рука дрожит, когда я ее расстегиваю. Саския проводит тонкими пальцами по моему голому животу. Она точно знает, как и где ласкать меня, а я, к моему полнейшему удивлению, знаю, как касаться ее – по крайней мере, она реагирует на мои прикосновения. А как насчет Одетты? Я чувствую себя виноватой, но чувства вины недостаточно, чтобы заставить меня остановиться.

Я говорю себе, что делаю это ради того, чтобы победить в состязании – и нашем личном, том, которое сейчас мы ведем с ней, и завтра, в публичном. Я говорю себе, что делаю это потому, что глаза, которые смотрят на меня, могли бы быть глазами Кертиса.

А правда может оказаться проще. Всю зиму я была странно ею очарована, и вот я нахожусь рядом с ней, гораздо ближе, чем я могла когда-либо представить. Это кажется безумным после всего, что она сделала, но в это мгновение, как я думаю, я ее люблю. Совсем немного.

Глава 49

Наши дни

В холодном коридоре стоит кромешная тьма. Все мои органы чувств напряжены – я пытаюсь уловить движение воздуха, которое должно предшествовать взмаху топора.

– Не двигайтесь! – визжит Хизер.

Я отступаю назад от звука ее голоса, подняв руки, чтобы защитить голову. Хотя не уверена, как руки могут защитить от топора.

Что-то шелестит у меня за спиной. Я отпрыгиваю в сторону, но тут же колено пронзает боль.

– Опусти топор, – звучит голос Кертиса.