Дрожь

– Не смотри на меня так, Милла, – произносит Кертис так тихо, что я едва слышу эту фразу.

Я сглатываю.

– Прости.

Он поворачивается ко мне спиной.

– Я могу сдерживаться, но я не железный.

Я думаю, что это означает. Он чувствует то же самое, что и я? Мое тело напоминает сжатую пружину. Это напряжение нарастало весь сезон, до чемпионата Великобритании остается чуть больше двух месяцев, поэтому я уже на грани.

Кертис глубоко вдыхает, все еще стоя спиной ко мне, потом машет рукой в сторону гостиной.

– Лучше иди туда. Я сейчас закончу с пиццей.

Мои ноги сами несут меня к дивану. Он прав – я не должна на него так смотреть. Я не хочу причинять боль Бренту или Джасинте, как и Кертис. Им с Брентом удается оставаться друзьями, несмотря на то что они занимают соседние строчки в рейтинге. Но если бы что-то сейчас произошло между мной и Кертисом, то их дружбе пришел бы конец.

Я отодвигаю в сторону мокрую одежду и усаживаюсь. Сегодня носки воняют особенно сильно. У батареи стоят три пары ботинок для сноубординга. Я беру с кофейного столика один из выпусков Whitelines. На обложке Кертис перепрыгивает бездонную расщелину – так кажется при взгляде на фотографию. Я перелистываю страницы, надеясь, что там напечатано интервью, но внезапно слышу голос Саскии.

– Что на ужин? – спрашивает она.

Прекрасно. Только ее-то мне и не хватало.

– Пицца, – отвечает Кертис.

– М-м, – произносит она.

Он ее пригласил, или она сама себя пригласила? Я не могу сказать.

Саския заходит в гостиную. Выражение ее лица меняется при виде меня, хотя она быстро берет себя в руки.

– Привет!

– Привет.

Мне следовало бы непринужденно поболтать с ней ни о чем, хотя бы для видимости, но из памяти всплывает картина: она сидит рядом со мной на кресельном подъемнике. А ее правая рука ныряет мне за спину.

Саския стягивает куртку, в которой катается на сноуборде, и бросает ее на диван, чуть не задев мои ноги. Шлем и перчатки летят следующими. Она распускает хвост, и волосы волнами падают ей на спину. Она на самом деле столкнула бы меня?

Тут мне в голову приходит одна мысль. Саскии пойдет на пользу, если я буду нервничать рядом с ней. Не эту ли цель преследовал Кертис? Попытаться запугать главную соперницу своей сестры?

Саския достает тонкие перчатки из кармана спортивных штанов, кладет их на батарею и выходит из комнаты. Я слышу щелчок замка в туалете.

Ее пропуск на подъемник валяется на полу рядом с кофейным столиком. Вероятно, выпал из кармана. Я встаю с дивана.