Ябеда

Я пытаюсь всё осознать, привести в порядок мысли, как-то уместить проклятое прошлое в голове, но ни черта не получается. Понимаю, что виновата! Я одна, во всём! Мой скверный характер явился причиной страшной трагедии! Разрушил судьбы! Лишил жизни человека!

Заставляю себя дышать, глубоко, жадно, но воздуха всё равно не хватает. Нервно убираю волосы за ухо, вгрызаюсь в костяшку указательного пальца — до боли, до белесых отметин, лишь бы проснуться! Я не хочу такой правды! Я не готова к ней!

Дверь в ванную комнату по-прежнему закрыта, и я благодарю Всевышнего за возможность сбежать.

Не знаю, как смотреть в глаза Гере, понятия не имею, как со всем этим жить!

Спотыкаясь, несусь по тёмным коридорам спящего дома в свою разрушенную комнату, в которой мне самое место! Я лгунья, ябеда, подлая крыса! Я недостойна жить в этом доме! Я всегда буду чужой в этой семье!

Достаю из шкафа дорожную сумку, наспех скидываю в неё какие-то вещи — за пеленой слёз и не разобрать. Натягиваю джинсы и первую попавшуюся футболку, накидываю на плечи старый вязаный свитер, а волосы собираю в небрежный хвост.

Поднимаю с пола мобильный и дико радуюсь, что он не успел разрядиться. Не оглядываясь, бегу прочь! Коридор, запах бассейна, служебный выход и, наконец, свобода!

На часах начало четвёртого. Июль. Впервые радуюсь, что ночи короткие и рассветные лучи солнца смело указывают мне, куда бежать. Мощёные дорожки, чьи-то авто у обочины… Посёлок спит, позволяя незаметно исчезнуть из его жизни навсегда. Я почти добегаю до шлагбаума.

Тянусь за мобильным, чтобы вызвать такси. Но вместо номера диспетчерской, набираю Ара…

Длинные гудки щекочут нервы. Всё, что хочу — это сказать Турчину «прости». Но чем дольше парень не отвечает, тем больше сомнений рождается в моей обезумевшей голове.

— Тася, какого чёрта?! — громыхает в трубку Арик. — Ты когда на часы научишься смотреть?!

— Я всё вспомнила, — произношу тихо, на изломе, и прерывисто дышу.

— Через полчаса на пирсе! — гаркает Турчин и сбрасывает вызов.

А я корю себя за то, что так и не сказала парню «прости», и, значит, мне ничего не остаётся, как принять его последнее условие.

Я бросаю сумку с вещами за куст акации, неподалёку от выезда, а сама нетвёрдой походкой иду к озеру. Понимаю, что место встречи не случайно, но отчего-то уже ничего не боюсь."

"К берегу я прихожу первой. Совсем другими глазами смотрю на проклятый пирс. Я больше не вижу озёрной глади, не слышу крика чаек, не чувствую запаха ила.