Четверо за спиной

Они стадом устремляются на руку Драгомира, фиолетовые всполохи бегут по его волосам и глаза вспыхивают фиолетовым. Воздух странно, судорожно дрожит.

Последнее, что я помню – это толчок в спину и пальцы волхва, стянувшие с пальца неожиданно нагревшееся кольцо. Тьма укрыла меня пеленой, и я потеряла сознание.

Глава 33.

Когда открыла глаза, то первое – что увидела – это позолоченные закатным солнцем кроны деревьев. Берез. Птицы чирикали во все лады, прощаясь со заходящим за горизонт светилом. Неизвестно сколько бы я так лежала, но боль внизу живота заставила меня оторваться от созерцания идиллической картины. Я осторожно села на пыльную тропинку. До боли знакомую – широкую и протоптанную! Ту самую! Стараясь сдержать стон, подтянула к себе рюкзак и достала мобильник, молясь, чтобы там осталось хоть немного заряда. Трубка запиликала после включения, благосклонно сообщая, что осталось десять процентов.

Елки, а кому звонить? Друзья – в городе. Как и МЧС со скорой. Почти на автомате набираю Ворона – нашего реконструкторского главного. Только нажав кнопку вызова, соображаю, что фестиваль уже наверняка кончился, и он может быть на другом конце страны.

- Ярослава? – раздается после четвертого гудка, - твою мать, это ты?

- Я, - хриплю я сорванным голосом.

- Ты где? Мы же тебя в розыск объявили!

- В нашем лесу. На тропинке. Ворон, - перебиваю я его град вопросов, - у меня подозрение на аппендицит. И я … не дойду до станции. Мне нужна помощь."

"-Так, детка, - слышу на заднем фоне какой-то шум, - я тут, неподалеку. Как знал, остался порыбачить. Уже еду! – хлопает дверца машины, - Яра, трубку не клади, говори со мной!

- О чем? – облегченно выдыхаю от мысли, что помощь едет.

- Да похрен! Хоть песни пой, хоть анекдоты трави.

- Матерные? – улыбаюсь я.

- Обязательно! Мне другие не нравятся!

- У меня заряда мало.

- Ничего.

- Мне смеяться больно.

- Тогда сопи в трубку! Но качественно и с выражением, - на его реплику я невольно вздыхаю, - вот так! Молодец! Мне прям нравится! Запишу и поставлю на твой звонок.

- Твоя секретарша не поймет.

- Поймет. Я ее потому и держу. Чтоб за лишнюю цацку поняла и простила.

- А может она за любовь?

- Ага, с такими сиськами и губами? Еще скажи, что вечерами читает Тургенева.

- А что – нет?

- Нет. Она не читает книжек без картинок. Так все, вижу тебя,- говорит он, когда я попадаю в свет фар. Меня осторожно поднимают и укладывают на заднее сиденье внедорожника.