Четверо за спиной

- Как ты, Ярушка? По здорову ли?

- Намного лучше. Отдохнула. Собираемся что ли?

- А то! Неча тут, как чирей на заднице… Ох!

- Нормально все. Я тоже считаю – неча, - улыбнулась я, - как остальные пленники?

- Дома откормим, подлечим. Главное – что живы. Благодаря тебе.

- Своих не бросаем.

Вместе с воином мы подошли к подводе, на которую уже уложили Беригора. Он крепко спал, могучая грудь медленно вздымалась и опадала под плащом. Не лишаю себя удовольствия вдоволь налюбоваться мужественным лицом воеводы. Спит, бедолага, еще не знает, что его ждет. Спи-спи, набирайся сил. Пригодятся. Драгомир был тут же, приветливо кивнул.

- Ты его усыпил что ли? – полюбопытствовала я.

- Конечно. Иначе бы дурень в седло полез. Из упрямства ослиного. Да, Яра, вещи твои я в рюкзак собрал, он уже к седлу приторочен. Там же и меч твой.

- Спасибо, Драг. Чтобы я без тебя делала?

- Последнюю палатку свернем – и тронемся. Тебя только ждали. Я велел не будить.

- А надо было. Потом досплю.

- Ничего, время есть. А ты устала сильно.

- Главное – вот он, результат, - киваю на подводу.

Подоспел Добрыня с кружкой взвара и куском хлеба. Костры уже потушены, горячего в лагере не было. Но мой заботливый помощник припрятал краюху, чтоб меня накормить. Смотрел, как всегда, улыбчивыми глазами, но с толикой опасения, что ли?

- Добрыня, что?

- Командир, в лагере такое бают …

- Поменьше слушай. По приезду все сама расскажу. Чтоб сплетни не собирали, - я запихнула в рот последний кусок хлеба и вернула ему кружку, - все, по коням.

С короткими передышками, чтобы не загнать совершенно лошадей, мы вернулись в Миргород. Беригора, все также мирно спящего, сгрузили в его доме под присмотром вившегося коршуном Хелига. Расстарался волхв, чтобы беспокойный пациент не бузил в дороге.

На княжий двор мы заехали под приветственные крики сбежавших домочадцев. Своих орлов я отпустила сразу, пусть сдадут лошадей и идут отсыпаться. Всех вернула живыми и здоровыми – и то хорошо. Первым делом я, под счастливые визги Смешки, отмокала в ванной. Моя трещотка видимо и правда соскучилась, села возле лохани на низенькой скамеечке и не останавливаясь тараторила последние новости. Напрягло меня, что в мои покои пыталась челядинка княжон проникнуть. Неужели Чаяна никак не угомонится? Надо будет с ней с глазу на глаз переговорить, чтоб или напрямую сказала, что ей неймется, или напугать, чтоб седьмой дорогой обходила.