Черные Шипы (ЛП)

В качестве компромисса Нейт остался, чтобы присматривать за своими родителями, и будет присылать нам новости, когда все будет сделано.

Такими темпами Себастьян проведет ночь в камере, в полном одиночестве и холоде, как и семь лет назад.

Мысль о том, что мой отец — и Акира — сделали бы с ним, просто чтобы доказать свою точку зрения, понижает мое кровяное давление и заставляет меня чувствовать слабость.

— Ты думаешь, они пытают его? — спрашиваю я Кая, когда он едет по пустынной дороге.

Мир окружает меня со всех сторон.

Мой желудок скручивает, и тошнота накатывает на меня ослепительными волнами. — Останови машину.

Кай жмет на тормоза, и я борюсь с ручкой, прежде чем чуть не вылетаю из машины. Я использую дверь для равновесия, чтобы удержаться на ногах, и делаю большие глотки свежего воздуха.

Ему удается прогнать тошноту, но это не избавляет меня от постоянной боли в животе.

Кай появляется передо мной, одна рука у него в кармане, а другой он протягивает мне носовой платок. Именно тогда я понимаю, что по моим щекам текут слезы.

Я быстро вытираю их, не желая, чтобы он видел меня такой слабой и не в духе.

— Ты так сильно заботишься о нем?

Я сжимаю носовой платок в кулаке. — Зачем еще мне жертвовать семью годами своей жизни?

— Я думал, что это из-за Мио.

— Она не единственная причина.

— Почему он? Его семья в грош тебя не ставит, и не только из-за этого, твой отец был причиной того, что он осиротел.

— На самом деле мы не можем выбирать, кто именно. Это просто происходит. Как будто это просто случилось, что ты спас меня девятнадцать лет назад.

— Это не было ни совпадением, ни судьбой. Я решил действовать.

— Тогда сделай это снова, — я делаю глубокий вдох, стараясь не казаться беспомощной или как будто я планировала это все время, когда позволила ему поехать. — Помоги мне, Кай.

Черты его лица остаются неизменными, хотя он слегка наклоняет голову в сторону, как будто это позволит ему лучше рассмотреть меня. — С помощью чего?

— У меня есть кое-что на Акиру, снимок, которым я могу угрожать ему всю оставшуюся жизнь, но у меня ничего нет на моего отца.

На самом деле, у него есть Мио, чтобы держать меня в узде. Даже если я вытащу Себастьяна на этот раз, нет никакой гарантии, что он не убьет его только для того, чтобы поставить меня на место. И я не могу…, — я сглатываю комок, который собрался у меня в горле. — Я больше не могу жить в таком страхе.

— Я не понимаю, при чем здесь я.

— Ты можешь дать мне кое-что, что можно использовать против него.